Хриплый вой!
Третий приземлился на торчащие вверх острия решётки. Ржавое железо проткнуло его насквозь и вышло со спины!
Я бросаюсь в сторону. А рука высшего мёртвой хваткой уже вцепилась в моё плечо. Отлетает в бок окровавленная решётка. Он наваливается сверху и тянется клыками к моей шее.
Низшая разновидность упырей — те, что пьют кровь…
Я бью его локтем — никакого эффекта.
Тяжело раненый, он — ещё силен. Сильнее меня! Наверное, недавно успел отнять чью-то жизнь…
Так же как сейчас отнимет мою!
— Митрич! — хрипло ору из последних сил.
Тишина в ответ.
Их же было трое! Три замечательных старика… Неужели никто не выжил⁈
Рядом грохочет автомат.
И хватка высшего вдруг слабеет.
Я отбрасываю его. Поворачиваю голову, переводя дух. И вижу мальчишку с АКМ-ом. Я его узнал — ещё недавно он висел на балконе. Сам отвязался? Молодец!
И, наверное, пришёл со стороны дома — по той же узенькой перемычке, что и я. Трава там — гуще, а аномалия — слабее…
Я тяжело поднимаюсь:
— Дай автомат!
Беру у мальчишки АКМ и добиваю высших . Я ничего не чувствую — словно стреляю в опасных зверей. Эти — даже хуже…
— Ни детей, ни стариков! — шепчу, до половины опустошая магазин.
Оглядываюсь на пацана. Тот кажется спокойным.
Довелось и раньше всякого насмотреться?
— Они были злые, — говорит мальчишка.
— Они вообще были не люди!
— Да, — кивает он, — Хотя… Это с какой точки зрения оценивать.
Я ошалело моргаю.
Несколько секунд мы смотрим друг на друга. И я вдруг понимаю, что он слишком быстро тут оказался. Вся моя схватка с упырями отняла меньше пяти минут. И за это время, он успел отвязаться, спуститься по балконам, раздобыть автомат…
— А где второй? — хрипло спрашиваю.
— Там, в соседнем подъезде.
— И с ним… всё в порядке?
— Да, просто он очень испугался.
— А ты… ты не испугался?
Он бесхитростно на меня глядит. И чуть кивает:
— Было немного страшно.
— Понятно… — автомат в моих руках кажется неподъёмно тяжелым, словно из чугуна отлитым. Я всё ещё держу его стволом вниз, — Не знаешь, где остальные пропавшие дети?
— Думаю, их уже нет, — он медленно отступает, не сводя с меня глаз.
Так же, спиной, уходит в аномалию.
Автомат в моих руках будто сам по себе обретает горизонтальное положение. Я едва удерживаю палец на спусковом крючке.
Мальчишка пятится к дому и качает головой:
— Не надо!
— Ты…
— Там, в школе — ещё один. Ты успеешь его остановить!
Ещё один?
Я вздрагиваю.
Где-то поблизости — автоматная очередь.
Быстро оглядываюсь.
Когда поворачиваю голову — мальчишки уже нет. Наверное, прошёл аномалию и растворился в воздухе…