Этого дракона за столом не было. Напротив меня сидел чужой мужчина с лицом моего мужа. Красивый, властный, холодный. Император Рейнар Аргендал. Я впервые видела, чтобы рядом со мной он был таким. От этого зрелища внутри всё обрывалось, падало куда-то в бездонный колодец.
Я положила ладони на край стола и надавила, чтобы не было видно, как они дрожат. Вдох. Выдох. Я дочь рода Ивьен, я была императрицей двадцать лет, я не позволю себе разрыдаться за завтраком. Только не здесь. Только не перед ним.
— Благодарю за ясность, Ваше Величество, — я поднялась, и голос у меня почти не дрогнул. — Если позволите, я пойду распоряжусь о своих вещах.
Я сделала шаг в сторону двери. Всего один шаг. Его рука метнулась к моему запястью так быстро, что я не успела понять, как это произошло. Пальцы с силой сомкнулись на тонкой косточке, и я задохнулась от боли, потому что он сжал жёстко, до хруста, до искр перед глазами. Я медленно обернулась.
Его лицо было совсем близко. И я увидела, как в светло-серых глазах, которые я так любила, зрачки вытягиваются в тонкие вертикальные щели. Дракон. За все двадцать лет он лишь дважды показывал мне свою вторую сущность, и оба раза это было чудом, доверием и подарком. Сейчас это было угрозой.
— Послушай меня, Валенсия, — прошипел он, и в его голосе зазвенела бездна, в которой гудело пламя, грозящее сжечь меня прямо сейчас. — Ты встретишь мою истинную как подобает императрице. Ты будешь с ней учтива, спокойна и благожелательна. И ты даже не подумаешь сотворить какую-нибудь глупость. Ни с собой, ни с ней. Ты меня поняла?
Я смотрела в эти чужие змеиные глаза и понимала одну простую вещь.
Человек, за которого я вышла замуж, умер. Может быть, он умирал последний год. Может быть, его никогда и не было, и я всё придумала сама, от первого до последнего дня.
А тот, кто держал сейчас моё запястье, был мне совершенно незнаком.
— Я поняла, Ваше Величество, — произнесла я одними губами.
Он отпустил меня так же резко, как схватил. На белой коже запястья медленно проступали багровые следы от его пальцев, пять тёмных отметин, как будто он оставил их нарочно. Чтобы я помнила.
Я вышла из столовой, не оглядываясь, поднялась по лестнице в свои покои. Я закрыла за собой тяжёлую дубовую дверь, задвинула засов. Посмотрела на часы на каминной полке.
До полудня оставалось три часа.
Глава 2. Сын
До полудня я просидела у окна, не двигаясь. Горничные не посмели войти. Я слышала, как они перешёптывались за дверью. Как дважды подходила Мирена, моя старшая камеристка, тихонько скреблась в дубовую доску и звала меня по имени, а потом уходила. Я не отвечала. Я смотрела на двор. Конюхи выводили лошадей, поварята несли с ледника туши, садовники сбивали сосульки с карнизов нижней галереи. Мир, который должен был рухнуть вместе со мной, упрямо продолжал жить.