— Да, — кивнул маг. — И води ладонью перед своим лицом.
— Хорошо, — согласился я. — Инулянта дуэ контитара. Инолянтэ дуэ консистара.
В руке я ощутил заряд электричества, но… Разрядки не произошло. Оно будто так и осталось во мне. Бунтарь резко схватил меня за кисть.
— Неправильно, — пожурил меня Никита. — Ты можешь себе повредить, да и не только себе! Ещё раз повтори: Инолянта дуэ конситара.
Я стал перед зеркалом и начал бесконечно проговаривать эту мантру. Сразу ничего не происходило, но постепенно кожа лица будто стала шлифоваться. Процесс этот казался бесконечным. Покровы покраснели, я ощутил жжение, но клеймо действительно стало блекнуть, разглаживаться.
Первой сдалась чёрная слеза. Она испарилась, как облачко. Мелкие шрамы практически слились с кожей. Вот это искусство! В Москве 2022-го года я бы на таком озолотился. На Рублёвке бы поселился! Но примерно через сотню повторений я стал замечать, что эффект слабеет. Ещё через двадцать — он иссяк.
— Что происходит? — удивился я. — Твоё заклинание не работает!
— А жизненную силу проверял? — зевнул Никита. — Это главный минус магии, напарник.
Я сконцентрировался и мысленно посмотрел на синий столбик. Он был близок к нулю. Забавно, что бунтарь назвал меня напарником. Я лично не желал иметь с Никитой ничего общего. Если Тимофей вызывал у меня какую-то положительную эмоцию, то Чужой — только злость.
Я отправился на кухню, чтобы перекусить и выпить чаю. К тому же, здесь была газовая плита, а с её помощью можно было согреться. Мне стало любопытно, здесь есть централизованный газопровод или нет? Кухня была исполнена превосходно. В нашем мире за такой ремонт и мебель пришлось бы почку продать. По одной — каждому члену семьи. Определённо, у Ромуальда водились деньги. И не сиделось ему в этом Петербурге!
За одним из шкафчиков скрывалось сразу три газовых баллона. Централизованной подачи ресурсов не было, как и общего отопления. На телефоне загорелась красная лампочка. Я не сдержался и аккуратно снял трубку: Ромуальд отчитывал какого-то мужика.
— У меня губы посинели от холода. Слышишь, Василий?
— Ага, — отвечал мужик.
— Ты с пятой попытки трубку снимаешь! — кричал обувщик. — Немедленно начни топить. Немедленно!
— Ага, — раздался монотонный голос.
— Ну так чего же ты ожидаешь? — возмущался Ромуальд. — Отчего продолжаешь наш бесцельный диалог?
— Рупь хочу, — без обиняков сказал мужик. — На водку…
— Только когда батареи станут тёплыми, — отрезал обувщик. — А нынче они… Ледяные!
Я аккуратно повесил трубку. Чтобы побороть тревогу, я решил думать о чём-то хорошем. Итак, из всей истории есть выход. Должен быть! Ну просто обязан. И у меня должна быть возможность вернуться либо в тело Семёна Частного, либо обратно, в Россию. В 2022-й год. После разговора с Никитой меня страшно веселило само слово — талант. Тот самый, который не пропьёшь? А если будет много чёрного кофе?