Глеб смотрит снова на меня. Чувствую, как наворачиваются слёзы.
— Меня не было в стране, — с тенью вины в голосе, отвечает Громов.
— Знаю, медовый месяц, да? — посмеивается злодей, — Забавно. Я ведь умираю. Рак, четвёртая стадия. Но ты, Глеб, не позволяешь мне прожить последние дни в мире и покое. Вместо того, что бы умирать в кругу семьи, я здесь. Гоняюсь за тобой по лесам чужого города. Зачем? Я знаю, кто убил Ахмеда и понимаю твоё желание защитить женщину. Но, по закону чести ты должен отдать её мне.
И здесь до меня доходит, что дело в Ахмеде Курбановом, том самом, чью машину нашли в озере. Но при чём здесь Глеб Максимович и Лея? Ведь речь о ней?
И главный вопрос: почему здесь я?!
— Боюсь, Ратмир, ты желаешь невозможного. Я не отдам тебе мою жену, — отвечает босс сурово, и полагаю, этот Ратмир понял, что иначе быть не может.
— Она не просто твоя жена, но ещё и Гавриловская дочь. И теперь у нас новый расклад, Глеб. Либо женщина, либо вышка. Гаврилов готов отдать свой тендер нам, при условии, что мы сохраним его дочери жизнь и уберём тебя.
Ой-ой-ой, а они ведь говорят так, будто меня здесь нет! И почему не говорят о предательстве Марата? Босс вообще в курсе, кто виновен в этом всем?
— Для тебя тоже есть хороший вариант. Отдай женщину, и мы уйдём с дороги. Из уважения к тебе можем и Гаврилова убрать, чтобы больше не пакостил.
— А если мне не подходят оба варианта? — усмехается босс.
Курбанов кивает, словно бы и ждал такого ответа.
— Тогда я могу гарантировать, что твоя жизнь и жизнь твоих людей превратится в ад. Мы будем всегда рядом. Убивать. Пытать. Травить. Ты даже понимать не будешь, когда именно. Вот, может, прямо сейчас один из твоих людей умирает мучительной смертью. А как думаешь, сколько из твоих уже сейчас готовы продать тебя и твою женщину?
Вот! Он намекает на Ибрагимова! Таращусь на босса и очень надеюсь, что он заберёт меня и я смогу открыть глаза на предателя!
— Ты не оставляешь мне выбора.
Курбанов смотрит безжизненно на Громова.
— Даю тебе сутки, — тянет лениво Ратмир, — завтра в это же время жду тебя здесь. С женщиной. Полагаю, ты достаточно умён, чтобы понимать, когда и как лучше поступить.
Курбанов смотрит на меня, и я понимаю, что просто не вынесу ещё одного дня в заточении. Пожалуйста, вспомните, что я здесь тоже присутствую!
— Уборщицу то зачем забрал? Она ничего не знает, — кидает на меня быстрый взгляд Громов.
Курбанов медленно улыбается.
— Чтобы ты не сомневался в серьёзности моих намерений, — рука Ратмира ложится на моё плечо и хочется рыдать в голос от собственной беспомощности и отчаяния.