— Мы не просим нарушить инструкцию, — мягко сказал Седых. — Мы просим… уточнить, куда именно будет направлен этот брак.
Он открыл папку, выложил на стол ходатайство.
— Наш НИИ ведёт работу по учебным комплексам для школ и Домов пионеров. Нам нужна элементная база, которая в таких условиях будет работать.
Он ткнул пальцем в строку.
— Здесь написано: «при температуре эксплуатации от плюс десяти до плюс тридцати». Ни о каких минус шестидесяти речь не идёт.
Седых поднял взгляд.
— Вы отправите эти микросхемы под пресс — у вас будет галочка в журнале. Вы отдадите нам — у вас будет галочка и там, и тут: «оказали помощь учебным учреждениям».
Леонид долго молчал. В комнате слышно было, как где‑то в соседнем помещении щёлкают реле.
— А если, — наконец сказал он, — завтра какая‑нибудь комиссия спросит: почему бракованные микросхемы не пошли на переработку, а оказались у вас в школе?
Он посмотрел прямо на Седых.
— Что вы им ответите?
Седых не отвёл глаз.
— Ответим, что для температур от плюс десяти до плюс тридцати они годны, — сказал он. — И ответственным за это будет НИИ «Электронмаш» в лице начальника КБ.
Он чуть кивнул.
— То есть — я.
Леонид перевёл взгляд на Алексея.
— А вы, товарищ Морозов, — спросил он, — понимаете, что если ваш учебный прибор где‑нибудь в сельской школе на сквозняке начнёт чудить, ко мне, конечно, не придут. Придут к вам.
— Понимаю, — кивнул Алексей. — Поэтому мы не будем обещать никому минус шестьдесят.
Он еле заметно улыбнулся.
— Мы и минус десять им обещать не будем. У нас по паспорту всё честно: «эксплуатация в отапливаемых помещениях». Если кто‑то решит вынести комплекс на мороз — это уже их проблемы.
Леонид неожиданно усмехнулся.
— Знаете, — сказал он, — иногда приятно поговорить с людьми, которые читают инструкцию по эксплуатации до конца.
Он задумался ещё на секунду, затем решительно захлопнул журнал.
— Ладно. Мучать вас я не собираюсь. Тем более, Николай Петрович за вас поручился.
Он поднялся.
— Оформим так: по нашим документам — неликвид, непригодный для основной темы, списание. По вашим — «передано НИИ „Электронмаш“ для учебных работ».
Он поднял палец.
— Но один раз. Второй раз за такой фокус мне голову открутят.
— Второго раза нам, надеюсь, не понадобится, — сказал Алексей. — Если всё сделаем правильно.
Леонид махнул рукой.
— Посмотрим, как вы там умеете делать «правильно».
Он подошёл к шкафу, достал ещё один ящик, тяжёлый.
— Здесь — примерно две сотни. Лишнего у нас нет, сами понимаете. Вам хватит?
Алексей быстро прикинул: одна микросхема — один монитор. Плюс запас. Пятьдесят машин, десяток на отбраковку, десяток на эксперименты.