— По срокам, — продолжил Григорий, переворачивая лист. — Четвёртый квартал и «не менее двадцати пяти». Сколько реально готовы выдержать?
Он посмотрел прямо на Алексея.
Алексей на секунду увидел перед собой зал из своего «двадцать первого века»: стол, проектор, «roadmap на квартал». И себя — как тогда, сидящего в углу и думающего, до какого предела дотянется реальность. Потом картинка растворилась, остался только этот стол, эти люди и мигающий где-то за стеной курсор «Сферы».
— Если завод не сорвёт поставку плат и не начнёт экономить на проводе МГТФ, — сказал он, — к концу года двадцать пять работающих комплексов выдержим. При условии, что нам дадут людей на сопровождение школ. Своими силами мы всех не обслужим.
В комнате стало чуть тише. Это был не только технический ответ.
Григорий Андреевич покрутил ручку в пальцах.
— В отчёте так и напишем, — сказал он после паузы. — «При условии обеспечения сопровождения комплексов квалифицированным персоналом…» — Он повернулся к директору. — Павел Андреевич, это к вам и гороно.
Директор поморщился, но кивнул. Седых незаметно выдохнул.
Планёрка закончилась без громких слов. Решили: тему не сворачивать, график уточнить, завод дёрнуть по линии министерства за брак, НИИ — похвалить за «ответственный подход». Так это называлось в протоколах.
Вечером Алексей сидел в пустой лаборатории и переписывал для себя один абзац отчёта. Не потому, что боялся, что его потеряют. Просто так легче было поверить, что всё сказанное там — не случайный набор красивых слов.
«…Считаем возможным и целесообразным продолжать тему БВП-1 при уточнении сроков и объёмов внедрения, с учётом фактического состояния работ и данных опытной эксплуатации…»
Он дописал на полях карандашом: «и с учётом того, что машиной реально пользуются».
На стенде «Сфера» послушно выводила на экран «. В ответ на привычное «2+2» она так же привычно написала «4». Без учёта планов, сводок и протоколов.
— Ничего, — тихо сказал ей Алексей. — Ты своё отработаешь. Даже если нас всех сменят.
Он закрыл отчёт, положил его в папку между чертежами и тетрадью с пометкой «Возможности расширения». В этой же папке, где-то между листами, лежал вырезанный из многотиражки заголовок: «Электронный мозг на Достоевского, 12».
Жизнь шла своим чередом. А он просто сделал так, чтобы в следующем квартале на графике было не десять, а хотя бы двенадцать зелёных прямоугольников — реальных, жужжащих «Сфер». И чтобы ни одна цифра в отчёте не была нарисована из воздуха.
Установочная партия
С утра дверь в КБ едва не вынесли.