— Артур. На громкую связь.
Барханов даже не подумал мне возразить. Ткнул в нужную кнопку:
— Артур? — послышался до дрожи знакомый голос.
— Слушаю, — отрывисто бросил Барханов, выпрямляясь.
— Уверена, ты сейчас слегка озадачен. Ты и твоя дражайшая бывшая супруга. Сынишку потеряли? Ай-яй-яй. Родители из вас никудышные. Но я согласна помочь. Приезжай в место, куда ты меня на наше первое свидание привозил. Помнишь, Артур? Я тебя жду. Одного. Приедешь с компанией — перед женой будешь оправдываться сам.
— Артур Анатольевич, но как же…
— Не обсуждается, — он мотнул головой и проверил обойму.
Очень сильно сомневался, что до такой жести, как перестрелка, дело дойдёт, но вспоминая сочившийся гневом голос Ирины, понимал, что сейчас никакие предосторожности не будут лишними.
Чёрт знает, кого она к своему плану мести решила привлечь.
Но если хоть волосок упадёт с головы сына…
Артур передёрнул затвор.
…он ей не завидовал.
— Вы останетесь на трассе. Отреагируете только, если услышите мой сигнал. И да, вот ещё что… машину с медиками организуйте. Пусть будут наготове.
Начальник его охраны кивнул и больше не стал лезь со своими предложениями. Знал, что бесполезно.
Ехать было не то чтобы и далеко — минут сорок отсюда. Но сейчас он будет гнать так, что справится и за двадцать минут.
Внутри всё вибрировало от адреналина и, чего греха таить, почти животного страха за сына. Но он не мог позволить себе выйти из фокуса. Сейчас всё, что было важно, это добраться до места назначенной встречи и вырвать Данила из когтей этой поехавшей твари.
Ну а потом вернуть его матери и принять самое сложное решение в жизни — отпустить их обоих с миром.
Он не сумел уберечь сына. Из-за него Данил в опасности. И это лишало его всякого права претендовать на то, чтобы сын оставался жить у него.
Варвара и Данил ни в чём не будут нуждаться, и это станет его единственным условием при расставании — он уйдёт из их жизни, если они примут его всестороннюю помощь.
Так у него будет возможность хоть в какой-то мере искупить свои грехи перед ними.
Битву за сына он проиграл и принимал своё поражение.
И осознание этого принесло облегчение. Принятое решение освободило его от части переживаний и дарило возможность стопроцентно сосредоточиться на предстоящем.
Артур спустился в фойе, где застал необычную сцену. Пока он собирался в поездку, к отказывавшейся куда-либо уходить Варваре примкнула… его мать.
Видимо, кто-то в доме успел ей доложить о случившемся и она примчалась сюда, чтобы…
— Варя, гони от себя эти чёрные мысли! — приговаривала его мать, обнимая за плечи свою бывшую невестку. — Вот увидишь, Артур всё решит. Подумаешь, какая-то Аверина! Дрянь подзаборная. Да не посмеет они ничего сделать Данилу! Думаешь, она не понимает, что Артур её на куски за такое порвёт?