— Артур Анатольевич у себя? — киваю на закрытую дверь с порога приёмной.
Вместо секретарши в удобном кресле у монитора почему-то сидит младший помощник моего мужа — светловолосый Андрей.
При виде меня он выпрямляется и немного бледнеет.
— Варвара Сергеевна… а…
От неловкости краснею слегка. Я же совсем без предупреждения. Но у меня очень важное объявление. И я очень хочу поделиться им с мужем. Прямо сейчас. Ведь, господи-боже, мы так этого ждали!
— Знаю, я ему не позвонила. Только сегодня из поездки вернулась и вот, собираюсь сделать сюрприз.
Помощник теряется. Иголка тревоги колет переполненное радостью сердце, но я внимания не обращаю. Случись какой-нибудь форс-мажор, и супруг обязательно мне отзвонился бы.
Это я просто с долгой дороги, уставшая и, если честно, очень голодная. Вот и мерещится всякое.
— Варвара Сергеевна, да он… Погодите…
Не успевает договорить. Массивная дверь кабинета распахивается, и оттуда буквально вываливается запыхавшаяся, растрёпанная секретарша. Кажется, её зовут Леной, но сейчас я не помню.
Её шёлковая белоснежная блузка неряшливо торчит из перекрученной юбки-карандаша. Пара пуговок сверху небрежно расстёгнута и висит буквально на ниточках.
Русые волосы свисают из почти развалившегося узла. Нервные руки одёргивают несчастную, сильно помятую юбку.
Я немею. Слова отказываются слезать с языка.
Привалившись к закрывшейся двери, секретарша наконец переводит мутный взгляд с остолбеневшего Андрея на перекошенную меня.
Её губы формируют беззвучное «О-о-о». Глаза расширяются до невозможных размеров.
Но ни звука из горла не вылетает.
Будто в солидарность с моими судорожно сжатыми голосовыми связками.
Опомнившись наконец, Андрей неловко вскакивает. Смотрит на нас во все глаза и понятия не имеет, что предпринять. Может быть, я бы даже его пожалела, но сейчас и время, и мысли текут как-то иначе, странно, лихорадочными скачками.
Слабо соображая, что вообще творю, я опережаю любую его попытку мне помешать. Секунда — и я уже у двери.
Буквально отдираю от неё тихонько ойкнувшую секретаршу и врываюсь в кабинет генерального.
Но пороге едва не спотыкаюсь. Глаза шарят по обширному помещению.
Артур сидит за столом в своём кресле, откинув голову на высоченную спинку. Растрёпанный, утомлённый. Очевидно, тоже без сил.
Желчь подкатывает к самому горлу. Меня начинает трясти.
Дрогнувшая рука что есть силы захлопывает тяжеленную дверь.
Он вздрагивает, проводит ладонью по лицу и открывает глаза.