Я ждала Данила из школы, уже привычно маяча у окна, и всё думала, когда стоит снова заговорить с ним о возможном отъезде.
Так незаметно прошло почти полчаса. Я даже взглянула на телефон. Всё верно, с отсылки последнего сообщения, где Данил написал, что шофёр его встретил и они едут домой, прошло 32 минуты.
И тишина. Хотя им уже пора бы вернуться.
Беспокойство проснулось мгновенно и стянуло свои упругие кольца вокруг моего сильнее забившегося сердца.
Я написала: «Вы где?»
Сообщение доставлено, но не прочитано.
Минута, вторая, третья.
Может, по дороге вернули куда-то? Например, в магазин. Хотя Артур давал чёткие указания — нигде не останавливаться и никуда по пути не заезжать.
Случаются, конечно, форс-мажорные ситуации. Да элементарно колесо могло спустить. Рано, наверное, бить тревогу.
Но пока эти мысли крутились в моей голове, палец уже жал кнопку вызова.
Длинные гудки. И никакого ответа.
Вот теперь моя тревога начала выходить из-под контроля. Вот теперь я начала паниковать.
А ещё… поняла, что моим первым порывом было разыскать бывшего мужа.
Наверное, это логично. Наверное, не стоило удивляться. Но и проигнорировать этот порыв я не могла.
Я не знала, где он сейчас, поэтому снова схватилась за телефон.
— Где ты?
— Внизу. Только приехал.
— Н-не видела тебя на подъездной, — а сама жадно высматриваю в окно авто, всё ещё надеясь увидеть возвращение сына из школы.
— Я с чёрного входа подъехал. Только что из гаража. Варя… что случилось?
Он чуял, как ломался мой голос.
— С-сейчас спущусь, — пробормотала я. — Встреть меня в фойе.
А спустя пару минут Барханов сжимал мои дрожащие плечи, пока я изливала ему свою тревогу.
Захлёбываясь и заикаясь, я сообщила, что не могу дозвониться до Дани и зачем-то тыкала ему в лицо экран телефона, будто переживала, что он мне не поверит или отмахнётся от моей всевозраставшей тревоги.
Муж, нахмурившись, отвёл меня к софе у стены возле входной двери.
— Сиди здесь. Сейчас всё выясним.
Вынул из кармана брюк свой телефон и принялся набирать чьи-то номера, отдавать какие-то приказы.
Кирилл, водитель Данила, тоже на связь не выходил.
— Варя, послушай меня, — между созвонами Барханов шагнул к софе, опустился на корточки и заглянул мне в глаза. — Не смей даже думать сейчас о плохом. Слышишь? Я с тобой. Я рядом. И мы отыщем Данила.
Я сумела только кивнуть, уже понимая, что в себя сумею прийти только, когда услышу от сына хоть какую-нибудь весточку.
И весточка не заставила себя ждать. Только прилетела она не от сына.
Телефон Барханова зазвонил, и выражение его лица, когда он взглянул на экран, заставило меня приказать: