Поэтому так и не сообразила пока, что он хочет этим сказать.
— Я помню, как она выглядела, — упрямо возразила я. — Ты выгнал её… Хорошо. Почему?
На лице бывшего мужа я видела отголоски борьбы, которую он сейчас вёл с собственным «я». А это «я» не привыкло демонстрировать свою уязвимость.
Несложно было бы заподозрить бывшего мужа в обмане, кинься он мне что-то в спешке доказывать.
Но Барханов никуда не спешил. Мой бывший муж взвешивал, чего ему будет стоит его неожиданное признание.
Неожиданное, во всяком случае, для меня.
— К тому времени мне уже доложили. Я уже знал… думал, что знал, как твоя командировка прошла.
— И?
— Я взбесился. Сильно. А Руднева всегда ко мне неровно дышала.
Я сглотнула, чувствуя себя до безобразия неуютно, будто Барханов не сам мне исповедуется. Будто я подслушиваю его признания.
— Я попросил её зайти ко мне в кабинет. Спросил, верно ли понимаю её намёки и взгляды, — его слова валились мне на душу тяжёлыми камнями. — Вместо ответа она влезла мне на колени. Я начал её целовать. Даже раздеть порывался.
И я уже захотела крикнуть, чтобы он перестал мне всё это рассказывать, когда одна-единственная фраза вынудила меня застыть.
— И ни черта.
— Ни… что?
— Потому что ты сидела в моей башке ржавым гвоздем. Я, может, тогда и хотел бы тебе отомстить. Не получилось. Это меня ещё больше взбесило. И крышу совсем сорвало, когда ты вошла, и я понял, как всё это выглядит…
Я остолбенело таращилась на бывшего мужа, переваривая всё, что он сказал.
— Я не пытаюсь как-то себя обелить, — мрачно усмехнулся Барханов. — Просто решил уточнить этот момент. Для ясности. В твоих глазах я, может, и распоследний мyдак, Варвара. Пусть так. Но этот мyдак тебе не изменял.
— Я, если честно, понятия не имею, как… на это реагировать.
Бывший муж в ответ на мою растерянность только плечами пожал.
— Да я не жду от тебя никакой реакции, Варь. Просто хотел, чтобы ты это знала. Чтобы ты знала правду о том, что в тот день произошло. Точнее, чего не произошло.
Это нечестно. Это… это жестоко. Я не разрешал ему так себя называть. Официальное, прохладное «Варвара» было идеальным для меня вариантом.
Короткое «Варя» отбрасывало меня на восемь долгих лет в прошлое.
Но я не стала бы обнажать перед Бархановым своё слабое место. Тем более что это почти наверняка было хитрой уловкой с его стороны.
— А зачем? — я вскинула подбородок, злясь на себя за то, что он с такой лёгкостью заставил меня расклеиться под гнётом воспоминаний. — Зачем вообще прошлое вспоминать.
— Ну да, — невесело усмехнулся Барханов. — Кто старое помянет… да?