— Чего ты молчишь? Останови его! Или хочешь, чтобы на месте замка Блекстоунов остались руины?
Мне очень хотелось крикнуть им обоим, чтобы немедленно убирались из моей жизни, но я произнесла то, что уже прозвучало в прошлом:
— Хочешь, чтобы к повелителю вышла я? Ты хоть понимаешь, чего именно он требует?
Сестра отпустила руку Себастьяна и, вернувшись ко мне, снова опустилась на колени. Глядя с мольбой, сложила ладони и дрожащим голоском протянула:
— Амелия, потерпи всего разочек, прошу. Ради будущего счастья… Вашего! — Повернулась к Себастьяну и горестно простонала: — Басти, неужели ты из-за глупой гордости лишишь свою жену единственного, что оставили ей родители? Графства Блекстоун!
Кадык Себастьяна дёрнулся, губы скривились, и в голосе прозвенело отчаяние:
— Нет, я не могу согласиться на это!..
Осёкся и, покосившись на меня, тут же отвёл взгляд:
— Но разве у нас есть другой выход?
В прошлом мне и самой казалось, что не было.
Капкан прошлого
Несколько месяцев назад, когда всё это происходило, я была в таком шоке, что едва была способна пару слов вымолвить. Сейчас же молчала по какой-то другой причине. Будто не могла изменить прошлое и действовала точно так же.
Я не могла высказать предателям всё, что думаю об их манипуляциях, но подмечала каждое слово тех, кого ещё недавно считала самыми близкими людьми. Ловила малейшие взгляды и сопоставляла с тем, что помнила. И задавалась вопросом:
«Кто же из них предал меня первым?»
— Другого выхода нет, — произнесла, как и в прошлом. — Но… Я не могу.
Венделин решительно поднялась и повернулась к моему мужу.
— Басти, — торжественно начала она, и я поняла, почему во мне росло раздражение, когда слышала из уст сестры детское имя Себастьяна, — ты не должен прятаться. Своим поведением ты показываешь перед баронами слабость. Как ты собираешься руководить графством завтра?
Её слова в день свадьбы показались мне разумными, сейчас же я вспомнила, зачем Венделин выставила Себастьяна из комнаты ожидания. Сестра подтолкнула моего мужа к двери:
— Иди и извинись перед повелителем за долгое ожидание, а я попробую переубедить сестру.
— Но, Венди… — растерянно моргнул Себастьян.
Если у них был план, то этот момент в него не входил.
— Покажи, что ты граф, а не муж графини! — жёстко проговорила моя сестра.
Себастьян рвано выдохнул и, сжав кулаки, наградил Венделин злым взглядом. Болезненная гордость всегда была слабым местом моего мужа. Ему пришлось пережить унижение разорением и давление кредиторов. Если бы не гордость, возможно, младший Холланд сломался бы, как его отец.