Я обвиваю его шею руками, прижимаюсь ближе. Целую в ответ — не потому что надо, а потому что иначе не могу. Всё во мне пылает и плавится.
Рик опускается на край кровати и тянет меня к себе, усаживая на колени. Его руки крепко обнимают за талию, будто боятся отпустить. А потом он застывает. Но я вижу: его челюсть сжата, в пальцах напряжение. Всё в нём будто кричит «остановись» — и не может.
— Аэлина, — выдыхает Рик. — Не так. Не ради силы. Не ради инициации.
— А ради чего? — шепчу.
Он опускает голову, прижимается лбом к моей ключице. Его дыхание горячее, будто внутри пульсирует пламя, которому тесно в груди.
— Ради тебя… — его голос хриплый, глухой, почти сдавленный. — Я не имею права.
Рик поднимает взгляд. Янтарные глаза горят желанием — чистым, беспощадным, таким, что перехватывает дыхание.
— Тогда не инициируй, — шепчу. — Просто… поцелуй. Еще один раз.
Рука Рика мягко касается моей щеки. Подушечка его пальца скользит у самого уголка губ, заставляя сердце споткнуться.
— Только раз, — повторяет он и наклоняется медленно, не торопясь, как будто всё ещё позволяет мне передумать.
Но я не отступаю. Просто закрываю глаза, когда его дыхание задевает кожу.
Поцелуй получается нежным, чуть затянутым, будто Рик хочет вложить в него больше, чем решается сказать вслух.
Чувствую, как его ладонь плавно скользит к затылку, как пальцы замирают в моих волосах, словно хочет остаться в этом мгновении ещё чуть-чуть.
Но всё заканчивается.
Рик осторожно отстраняется. Я открываю глаза и встречаюсь с его взглядом.
— Попробуем ещё раз открыть дверь? — спрашивает он. — Можешь выбрать пару стихий сама… Но сначала я всё же застегну твоё платье.
Я киваю, соскальзываю с его колен и поворачиваюсь спиной.
На этот раз он застёгивает быстро и довольно ловко для мужчины.
— Кажется, вы хорошо умеете застёгивать платья, — я не могу удержаться от колкости.
— Уже ревнуешь? — усмехается он.
Не отвечаю. Только чуть улыбаюсь, глядя в стену перед собой.
Рик застёгивает последний крючок, проводит по спине — как бы проверяя, всё ли ровно, — и отходит.
Спустя пару минут мы возвращаемся в бальный зал, к магическим пьедесталам.
— Всё ещё настаиваете на огне и ветре? — уточняю я.
— А вы всё ещё мне не доверяете?
Я смеюсь. Сейчас я не чувствую и капли раздражения к нему.
Он придвигается ближе и берёт меня за руку.
— Разве я не сказал, что первой выбираешь ты? — напоминает Рик. Его голос спокойный, почти тёплый. Будто спор и правда остался в другой комнате.
— Ладно.
Я обхожу пьедесталы, сосредотачиваясь на каждой стихии по очереди. В конечном счёте выбираю воду и воздух.