“Нет, ну браво! Так сыграть надо ещё умудриться!”, — подумал я, выискивая взглядом в толпе фигуру лучшего друга.
Мой взгляд вернулся к ней. Теперь она была бледна. Слёзы выступили на ее глазах. Я заглянул в них и увидел глаза человека, чей мир окончательно разрушен.
Первая трещина пробежала по моей уверенности.
Она сорвала кольцо. Кровь брызнула на мрамор.
— Ты ничтожество! — крикнула она, и в её голосе была такая неподдельная, рвущаяся прямо из сердца боль, что мне захотелось шагнуть к ней и стереть этот крик поцелуем.
«Что со мной?» — пронеслось внутри. — “Неужели ты так сильно вжился в роль, что уже собрался целовать чужую невесту?”.
Она убежала. К отцу. Тот обнял её, и в его взгляде, брошенном на меня, было столько ненависти и осуждения, что я пошатнулся.
И тут мир вспыхнул.
Боль.
Адская, всепоглощающая боль пронзила мое запястье, словно туда вогнали раскаленный клинок. Золотой свет пробил ткань манжета, выжигая кожу болью и жаром.
“Забери ее! Она твоя!”, — прорычал дракон, а я осторожно поднял руку, видя, как сквозь ткань рукава просвечивается золото метки.
Метка.
Метка Истинной Пары.
Дракон внутри меня взревел, оглушительно, требуя её… Ту самую девушку, которую я только что уничтожил. Ту, что назвала меня чудовищем.
Зал опустел мгновенно. Гости, почуяв неладное, разбежались, как крысы, унося с собой сплетни, смакуя её позор, додумывая детали её «измены», в которые они сами же поверили с легкостью стервятников. «Герцог узнал о любовнике», «Дочь промышленника оказалась распутной». Эти слова жгли меня хуже любого огня. Я сам бросил их в толпу заранее, чтобы они растерзали её репутацию.
Я остался один в огромном пустом зале. Тишина давила на виски. Боль в руке пульсировала, указывая направление — туда, где скрылась она. Ко мне со всех ног бросился Лоран. Мой лучший и единственный друг. Мой троюродный брат по линии матери.
Всю церемонию он стоял среди гостей. И я прекрасно знал, что он наблюдает.
— Я так тебе благодарен! — прошептал Лоран, сияя от счастья. — Теперь-то старый жадный Фермор не будет так упорствовать! Как ты думаешь, стоит напоминать ее отцу, как он отказал мне в прошлый раз, когда я просил ее руки? Или все-таки нет?
— Не думаю, что стоит, — произнес я, чувствуя, как в глазах все темнеет. Метка горела огнем, требуя бежать за ней, но я прятал ее. Прятал от лучшего друга, который был безумно влюблен в Адиану.
— Теперь ты можешь на ней жениться, — процедил я, глядя на него сверху вниз. Мой голос вибрировал от сдерживаемой ярости дракона. — Тебе больше не откажут. Её репутация уничтожена. Отец в отчаянии. Иди. Проси её руки. Стань её героем.