Он делает шаг ко мне, нависая, как над не очень умным сотрудником.
– Развода не будет. Запомни. Ты сидишь тихо, улыбаешься там, где нужно, приходишь на мероприятия, делаешь вид счастливой жены и не лезешь туда, где взрослая жизнь. Я деньги зарабатываю, пока ты играешь в принципы. У нас у каждого своя работа.
– А моё «нет»? – спрашиваю, уже не узнавая свой голос.
– Твоё «нет» можешь говорить подружкам на кухне, – мягко, почти ласково. – Но не мне. Всё, Оль. Ты получила всё, о чём мечтала: безопасность, статус, фамилию. Не перегибай. Фасад не спорит с архитектором.
В его логике всё до омерзения просто: я – удобный брачный стаж, выстраданный быт и сын-подросток, который уже смотрит на меня его глазами.
Она – азарт, молодость и «настоящие чувства», которые, как он утверждает, «не для публики».
Дима не просто не хочет развода – он считает себя слишком важным, чтобы позволить мне вообще думать в эту сторону.
Сын уверен, что я виновата, потому что «душу отца» и «ломаю ему жизнь своими истериками».
А я вдруг очень ясно понимаю: все эти годы я была не женой, а фоном для чужого успеха.
Фасадом, который он решил навсегда забронировать за собой.
И если кто-то в этой истории должен наконец выбрать меня – это буду я.
Не муж — миллиардер, не сын, не общественное мнение. Я сама.
Даже если для этого придётся сначала разбить в пыль тот самый фасад, за который он так цепляется.
ГЛАВА 1
Тем утром я ещё не знала, что к вечеру Дима назовёт меня фасадом своей жизни.
Не знала, что увижу его с другой. Не знала, что день закончится разговором, после которого назад уже не будет.
Я просто взяла трубку, когда мне позвонили из школы…
Телефон вибрирует на столе, экран подсвечивается незнакомым номером.
Я машинально отодвигаю от ноутбука кружку с остывшим латте и беру трубку.
– Алло, слушаю, – привычным вежливым тоном, рабочим.
– Это Воронова Ольга Ивановна? – мужской голос, усталый, но собранный.
– Да.
– Здравствуйте, это Константин Олегович, классный руководитель вашего сына. Удобно говорить?
Сердце делает неприятный кувырок. Учителя не звонят «просто так», особенно если школа для «золотой молодежи», хотя я настаивала на обычной.
– Да, конечно, – выпрямляюсь в кресле, закрывая на экране перевод документа. – Что-то случилось с Антоном?
Следует короткая пауза, такой вздох, как перед неприятными новостями.
– С Антоном… скажем так, снова проблема. Его сегодня опять нет на занятиях. Вчера я звонил вашему супругу, Дмитрию Петровичу, он заверил, что поговорит с сыном. Но, к сожалению, итог всё тот же.