— Ты уверен, что я пришел именно договариваться? — хмыкнув, сказал Орлов.
— Арестовывать меня не за что, — я беззаботно пожал плечами. — Разве что за драку. Других рычагов давления у вас нет.
— И, конечно же, в этом ты тоже уверен прямо-таки на все сто процентов, — насмешливо сказал Орлов и даже улыбнулся.
Правда, меня его тон совершенно не сбил с толку.
— Были бы, уже давно прижали, — бросил я.
Орлов молчал.
А вот с лица девушки сползла бесстрастная маска. Лида, явно заинтересовавшаяся нашей легкой и крайне вежливой «перебранкой», приподняла брови и широко раскрыла глаза. Из них напрочь улетучился любой лед. Теперь они горели настоящим любопытством. Совсем как у ребенка, которому рассказывают интересную сказку.
— Ну так что? Может, перейдем, наконец, к делу? — спросил я.
Орлов шмыгнул носом. Глянул на Лиду. Девушка тут же спрятала глаза от капитана и сделалась вновь серьезной.
— Думаю, Селихов, — продолжил, наконец, Орлов, — ты помнишь нашего общего друга. Господина Стоуна. Ведь так?
— Очень может быть, что голову господина Стоуна уже обглодали шакалы. Помнится, вы потеряли его, товарищ капитан.
— Было дело, — сказал Орлов, состроив каменное лицо и непроницаемый взгляд. — Но вот с тем, что он мертв, ты просчитался, Селихов. Насколько мне известно, Стоун уже несколько месяцев прячется где-то в Афганистане.
— Переживаете, что ваш трофей увели у вас из-под носа?
Орлов нахмурился.
— Ты так и будешь язвить, Селихов? — тон голоса капитана сделался низким и даже угрожающим.
— Виноват, товарищ капитан, — нахально сказал я. — Но, учитывая, что вы заманили меня сюда, удержаться трудно.
Орлов сделал такое лицо, будто собирался сплюнуть, но вдруг покосился на девушку и только выдохнул.
— Я уже и забыл, какой вредной заразой ты можешь быть, Селихов. И как тебя переносили твои командиры?
— У них не оставалось выбора. Как, впрочем, и у вас.
— Не наглей, — Орлов подался вперед.
— Я думаю, товарищ капитан, — я облокотился на мягкий подлокотник кресла и подпер подбородок кулаком, — сейчас мне только и остается, что наглеть.
Светлые брови капитана Орлова опустились еще сильнее. Он посмотрел на меня исподлобья.
«Знаешь, зараза, что ты нужен, — говорил этот его взгляд. — Очень хорошо знаешь. И хочешь себя продать подороже».
И я действительно знал. Знал, что Орлов хочет меня о чем-то «попросить». И знал так же и то, какие условия я могу выставить взамен на «помощь».
— Кажется, вы говорили о Стоуне, товарищ капитан, — напомнил ему я, когда молчание Орлова затянулось.
Капитан КГБ встрепенулся, когда пепел с позабытой им сигареты коснулся пальцев. Потом бесцеремонно сунул окурок в горшок с цветочком, очень мило, но несколько искусственно стоявшим на журнальном столике.