Поинтересовалась Рубелия, стоя рядом с мужем. Она мягко улыбалась, смотря на счастливых людей. Дети бегали с воздушными змеями, смеясь, а взрослые обсуждали уличный театр.
—Не только. Это ведь первый совместный выход императора и императрицы.
Девушка сглотнула. Верно, после свадьбы супруги ни разу не показались свету.
—Точно, точно. Они только поженились, — вмешалась женщина, раскладывая шелковые платки. — Говорят свадьба была роскошна, а красивее императрицы никого не было.
Арнер мельком посмотрел на Рубелию, приподнимая уголки губ. Он был согласен с торговцами. Никто не был красивее его жены в тот день.
—Ну пройдут соревнования, а дальше что? Опять будем искать, где пристроиться.
Возмущался продавец шкатулок. Он начищал одну из них, что-то бурча о продажах.
—О чем ты говоришь? Работы что-ли мало? — торговец грозно ответил ему, предлагая Арнеру одну из масок. — Сейчас проблема с Шеннонским королевском
решится и места много освободится.
—Не решится эта проблема. Вдовствующая императрица любит Шеннонское королевство, а император и слова ей не скажет.
Не унимался мужчина. Он сжал шкатулку с такой силой, что та чуть не треснула. Рубелия смотрела с опаской на спор двух мужчин, которые сами не заметили, как повысили тон.
—Да, император ещё юн. Он совсем не похож на своего мудрого отца.
Покачала головой женщина с платками. Хоть Рубелия и не прикасалась к Арнеру, она могла чувствовать, как он напрягся. Его глаза сузились, смотря на маски, но он вслушивался в разговор торговцев, пытаясь не упустить ни одной детали.
Рубелия была уверена, что этот разговор ничем хорошим не закончится. Торговцы любили слухи, и где еще, кроме рынка, вы можете узнать последние новости империи?
—О чем можно говорить, если он приказал провести налоговую реформу заново? Последняя была всего лишь три года назад.
Возмущался мимо проходящий покупатель. Он качал головой, поддерживая разговор купцов.
—Разве, та реформа не устарела? — подал голос Арнер, смотря на покупателя. — Она предполагала с каждого единую сумму, не взирая на доходы.
—А новая лучше? — махнул рукой мужчина, поправляя шкатулки. — Раньше мы знали, что заплатим определённую сумму и были спокойны, а сейчас нам приходится каждый раз рассчитывать процент от нашего заработка.
—Ну, не надо, — вмешалась женщина, складывая руки на бока. — Раньше мы каждые два месяца платили налоги, а сейчас всего лишь раз в полгода. Но погляди, разве старая система справедлива? Ты зарабатываешь две тысячи золотых, а твой сосед четыре, но отдаёте вы одну и ту же сумму.
—У него все равно будет больше.