— Ничё, постоят, не растают, — пробубнил собеседник.
— Ишь, злопамятный какой, — сдержанно улыбнулся я.
Переговариваясь, мы вышли с Захаровым на крыльцо. Там он сразу же достал сигарету и прикурил. Я покосился на него, но ничего не сказал. Однако он мой взгляд понял по-своему и протянул раскрытую пачку, предлагая угоститься никотиновой палочкой.
— Не, я бросил. Алисе обещал, — категорично отодвинул я руку напарника.
— Уважаю, Мороз, мне бы твою силу воли.
— Ты бы тоже завязывал. Или тебе дыма сейчас не хватило? — иронично фыркнул я.
Николай лишь пожал плечами, признавая, что ему нечем крыть. Но сигареткой всё же затянулся. Ну а там уже и криминалисты подоспели.
— Лейтенант Боброва, здравствуйте! — подошла к нам молодая девица в идеально выглаженной серой шинели.
Двое её спутников, крайне усталого и замученного вида, ограничились сухими кивками. Какое-то более сложное действие, казалось, могло лишить их остатков сил.
— И вам не кашлять, — не особо приветливо проворчал я. — Носитель в дальней комнате справа, а в левой — труп.
— Может, покажете? — выгнула бровь лейтенант Боброва.
— Николай? — переадресовал я вопрос напарнику.
— А я курю ещё, — продемонстрировал он мне тлеющую сигарету.
Протяжно вздохнув и закатив глаза, я развернулся и пошёл обратно в дом. Тут криминалисты сразу расчехлили фотоаппараты и принялись дотошно фиксировать каждую мелочь. Начиная от ящика с ржавыми инструментами в углу и заканчивая паутиной на шкафу с незакрывающимися дверцами.
— Вот тут мы пироманта хлопнули, — указал я на задымлённое помещение. — А там его жертва. Судя по всему, она здесь выпивала. Если хорошо поищите, то найдёте бутылку с остатками её помады на горлышке.
— А поточнее? У нас не «угадай-ка», вообще-то, — заявила мне криминалистка.
Я перевёл взгляд на её коллег, как бы спрашивая: «Ваша девочка совсем берега попутала?» Но те лишь беспомощно развели руками, мол заняты мы, разбирайтесь сами. И я уже действительно собирался высказать пигалице всё, что думаю о ней и об её конторе, которая нашим комитетским постоянно кровь пьёт со своими придирками. Но тут, резонируя на сухих половицах, из глубин дома раздалось отчётливое жужжание вибрирующего телефона.
Все трое криминалистов закрутили головами, пытаясь определить, откуда идёт звук. Но я ответ уже знал. Ничего не говоря, я отправился в комнату с трупом. Хоть я и без того понимал, что там увижу, но всё равно посмотрел на обезображенное тело.
Н-да, бедняжка, настрадалась. Поганый демон оттянулся на ней по полной программе. По всему телу страшные ожоги, ступни сожжены до костей, а кисти походили на обугленные кривые ветви мёртвого дерева. Про лицо лучше и не говорить. Смотреть больно.