Да, концентрация энергии творения здесь была не особо впечатляющей, но некоторые вещи все же привлекли мое внимание. Среди представленного оружия особо выделялись два предмета — кремниевое ружье, висящее на правой стене, и кинжал, находящийся на самом видном месте. Его водрузили на невысокой постамент и даже прикрыли сверху стеклянным кубом. Я уже шагнул в сторону кинжала, но заметил, что владелец коллекции направляется совсем в другую сторону.
Тагильский подошел к стеклянному шкафу, в котором находились различные предметы, распределенные по полкам. Вторую сверху занимали различные кинжалы. Клиент открыл прозрачную дверцу и достал один из выставленных там клинков.
— Вот кинжал Соломона, о котором говорил клиент Косаря.
В принципе, необходимости прикасаться к этой вещи не было. Я и так понял, что передо мной простая, ничем не примечательная поделка. Не фальшивка, и лет ей немало, но явно недостаточно, чтобы некогда принадлежать легендарному царю. Но на всякий случай я все же взял в руки протянутую клиентом вещь для пристального осмотра. Тут мой Дар был бессилен, потому что энергии творения в кинжале не больше, чем в кухонном ноже-новоделе ручной работы.
Внезапно возникло предположение, что это всего лишь проверка моей квалификации, и на самом деле кинжал Соломона находится на постаменте и сразу привлек мое внимание.
— Боюсь вас разочаровать, — решил я все же довести свою работу до конца, — но этот кинжал не мог принадлежать царю Соломону.
Судя по тому, как нахмурился Тагильский, никакой проверки не было, и кому-то хитровыдуманному ой как влетит.
— Ты в этом уверен? — опасно сузив глаза, посмотрел на меня преступный авторитет. Его маска аристократического интеллигента пошла трещинами.
Впрочем, мне от этих гляделок ни холодно ни жарко. Времена, когда подобные ребята пугали меня своими жесткими взглядами, уже закончились. Жору я спеленать сумею, а там как-то выберемся. Да, будет непросто, и, скорее всего, Косарь останется здесь бездыханной тушкой, но я вырвусь. Впрочем, чего это меня так взбудоражило? От Жоры даже не повеяло энергией разрушения.
В своей экспертной оценке я был уверен, потому что давно перестал полагаться исключительно на свой Дар и с головой погрузился в мир антиквариата. Конечно, пока не стал корифеем, но чтобы провести не магическую, а простейшую визуальную оценку, знаний у меня хватало с лихвой.
— Посмотрите на эти узоры и особые крепления камней. Это характерный марокканский стиль четырнадцатого века. А третий иудейский царь покинул наш бренный мир за две с половиной тысячи лет до этого.