— Демид Денисович, — кивнула она, потом посмотрела на меня. — Лика, рада наконец познакомиться лично. Наслышана.
— Взаимно, — ответила я спокойно.
Она задержала взгляд на наших сплетённых руках, потом подняла глаза на Демида.
— Вы счастливы, — сказала она не как вопрос, а как констатация.
— Да, — ответил он. — Очень.
Она кивнула, улыбнулась — впервые искренне, кажется — и отошла.
— Ты справилась, — шепнул Демид. — Ты вообще не волновалась?
— Волновалась, — призналась я. — Но когда ты сказал «моя женщина», всё остальное стало неважным.
Он улыбнулся, притянул меня к себе и поцеловал. Прямо там, посреди зала, под взглядами сотен людей. Это был не вызов. Это было просто — он хотел, и он сделал.
Когда мы оторвались друг от друга, в зале повисла тишина. А потом кто-то зааплодировал. Один. Потом второй. Потом ещё. И через минуту аплодировали уже многие.
Я не знала, смеяться или плакать.
— Что это? — прошептала я.
— Принятие, — ответил Демид. — Ты теперь часть этого мира. Моя часть.
До конца вечера мы не расставались. Танцевали, говорили с людьми, смеялись. Я видела, как меняется отношение — от настороженного к тёплому. Ко мне подходили женщины, поздравляли, говорили комплименты. Мужчины жали руку Демиду и смотрели на меня с одобрением.
— Ты покорила их всех, — сказал Демид, когда мы наконец вышли на улицу подышать.
— Это ты покорил, — возразила я. — Тем, как представил.
Он остановился, взял моё лицо в ладони.
— Я горжусь тобой, — сказал он серьёзно. — Горжусь тем, что ты есть. Горжусь, что ты выбрала нас.
— Я каждый день выбираю, — ответила я. — И буду выбирать.
Мы стояли под ночным небом, вдыхая прохладный воздух, и я думала о том, как далеко мы ушли. От контракта, от вражды, от недоверия — до этого вечера, до публичного признания, до «моя женщина».
В машине по дороге домой Демид держал мою руку и молчал. Но это молчание было наполненным, тёплым.
— Знаешь, что самое смешное? — спросил он вдруг.
— Что?
— Я боялся этого вечера больше, чем ты. Боялся, что не справлюсь. Что сорвусь, накричу на кого-нибудь, кто косо посмотрит.
— И?
— И ничего. Ты была рядом. И всё было легко.
Я улыбнулась.
— Это потому что мы команда.
Он поднёс мою руку к губам, поцеловал.
— Команда. Семья. Навсегда.
Дома нас встретил сонный Миша, который, услышав, что мы пришли, выбежал в коридор.
— Ну как? — спросил он, протирая глаза. — Вы победили всех?
Мы рассмеялись.