Я пересела к нему на диван. Он отложил ноутбук, притянул меня к себе, и я устроилась у него на плече, чувствуя, как напряжение дня медленно уходит.
— Хорошо, — выдохнула я.
— Ммм?
Я подняла голову, чтобы ответить, и наши лица оказались слишком близко. Его глаза — тёмные, глубокие, с золотыми искорками от света торшера — смотрели на меня с такой концентрацией, что у меня перехватило дыхание.
— Лика, — прошептал он.
И поцеловал. Не так, как в первый раз — осторожно, пробуя. И не так, как на крыше — нежно, почти благоговейно. По-другому. Глубже. Требовательнее. С той страстью, которую он так долго сдерживал.
Я ответила, запуская пальцы в его волосы, притягивая ближе. Время исчезло. Остались только его губы, его руки, его дыхание.
Он оторвался на секунду, посмотрел мне в глаза.
— Я хочу тебя, — сказал он хрипло. — Но если ты не готова, если хочешь подождать…
— Не хочу, — выдохнула я. — Хватит ждать.
Он подхватил меня на руки, и я рассмеялась — тихо, чтобы не разбудить Мишу.
— Куда?
— Ко мне. Если ты не против.
— Не против.
Мы переместились в его спальню. Я была здесь всего пару раз — случайно, мельком. Теперь рассматривала, прижимаясь к нему. Минимализм, как и везде, но чувствовалось, что это его пространство. Запах его кожи, его одеколона, его присутствия.
Он опустил меня на кровать, навис сверху, глядя с такой нежностью, от которой сердце заходилось.
— Ты не представляешь, как долго я этого ждал.
— Представляю, — улыбнулась я. — Я тоже.
Его руки скользнули под мою футболку, и я выдохнула от прикосновения горячих ладоней к коже. Медленно, осторожно, он изучал меня, будто боялся, что я исчезну. Каждое касание было откровением — его пальцы на моей талии, на спине, на шее.
— Какая ты… — прошептал он, целуя ключицу. — Боже, какая ты…
Я стягивала с него футболку, проводя ладонями по груди, по плечам, чувствуя, как перекатываются мышцы под кожей. Он был прекрасен — не идеальной модельной красотой, а какой-то дикой, мужской, настоящей.
— Демид…
— Что?
— Не останавливайся.
Он не остановился.
Мы любили друг друга долго, неспешно, с той глубиной, которая накапливается за месяцы сдерживаемого желания, невысказанных чувств, украденных взглядов. Я узнавала его заново — не как начальника, не как опекуна Миши, не как сложного, раненого человека. А как мужчину. Нежного и страстного одновременно. Уверенного, но спрашивающего каждым движением: «Тебе хорошо? Ты хочешь? Ты со мной?».
Я была с ним. Полностью. Каждой клеткой.