Тёплая чашка в ладонях, первый глоток и горечь во рту. Очень
честная горечь, напоминающая мне о том, какова на вкус реальная жизнь.
Телефон вибрирует. Это Лида, моя лучшая подруга и, по
совместительству, директор агентства, в котором я работаю няней.
— Верусь, доброе утро, — слышу в её голосе улыбку. — Ты не
забыла, что у тебя сегодня новая семья?
— Не забыла. Помню, конечно.
— Ну и хорошо. Слушай… Верусь, там девочка.
— Знаю. Ты предупреждала.
— Ты уверена, что хочешь? Мы всегда можем найти мальчишек.
Есть близнецы, на неделе уже останутся без няни, Яна в декрет уходит. Есть
активный четырёхлетка, пацан просто огонь, с моторчиком, скучно не будет.
Смотрю в окно, на серую решётку веток и мокрый двор.
Девочка…
Я не брала их раньше в подопечные. Обходила стороной
совершенно осознанно, потому что знала — это неминуемо сорвёт меня в неуместные
эмоции и воспоминания. Само только слово подцепляет меня рыболовным крюком под
рёбра. Но сейчас не тот момент, когда я могу позволить себе идти на поводу у
чувств.
— Уверена. Деньги нужны, Лид. Мне сейчас это очень важно.
Слово «деньги» звучит грубо. Оно звучит так, словно я
собираюсь пожертвовать принципами ради наживы, но… Увы, в моей жизни крайне
редко что-то случается просто так.
Мамины анализы из клиники лежат на холодильнике немым
напоминанием о том, что времени всё меньше. И сумма выглядит как стена,
отделяющая нас с мамой от спокойной жизни.
Для меня такая сумма почти неподъёмна. И мне неоткуда взять
эти деньги, кроме как заработать честным трудом. Я готова приложить все усилия,
вывернуться наизнанку, однако суровая математика против этого плана. Даже если
я очень напрягусь, этих денег мне всё равно не заработать.
— Верусь, но если что — сразу сообщай. Мы тебе найдём другую
семью. Поняла? Не геройствуй.
— Не волнуйся за меня. Всё будет хорошо.
— Адрес записала? Пропуск у охраны на твоё имя готов, я уже
их предупредила. Дом за городом, минут сорок от кольца. Хозяин… — она делает
паузу, подбирает слово, — требовательный. Зато платит очень хорошо. Семья
приличная. Верусь?
— Я справлюсь, Лид. Правда.