20 октября 1908 года был подписан договор о присоединении Маньчжурии к Российской империи на правах автономного генерал-губернаторства.
Сцена 10. Реакция мира
Англия взорвалась.
«Русский медведь пожирает Китай! — кричали лондонские газеты. — Европа в опасности! Мы должны остановить царя!»
Палата общин бурлила. Ллойд Джордж требовал послать флот к берегам Маньчжурии, Черчилль предлагал блокировать проливы, консерваторы призывали к войне.
Но премьер-министр Асквит был осторожен:
— Господа, мы не можем воевать с Россией. У нас нет армии, способной победить их танки. У нас нет союзников в Европе. Франция — их союзник, Германия разбита, Турция оккупирована. Мы одни.
— Значит, мы должны смириться? — закричали тори.
— Нет, — ответил Асквит. — Мы должны готовиться. Строить флот, искать союзников, ждать удобного момента.
В Токио японцы скрежетали зубами. Генерал Ноги, командующий армией, рвался в бой, но император Мэйдзи приказал ждать:
— Мы не готовы. Наш флот уничтожен, армия ослаблена. Нужно не менее десяти лет — и мы вернемся.
В Берлине кайзер злорадствовал:
— Пусть русские завязнут в Азии. Пусть англичане ссорятся с ними. А мы пока восстановим армию и ударим, когда они устанут.
Мир раскалывался на две части.
Сцена 11. Лондон, ноябрь 1908
Сэр Эдвард Грей, министр иностранных дел, принимал русского посла графа Бенкендорфа. Разговор был холодным, как лондонский туман.
— Граф, — говорил Грей, — ваше правительство совершает огромную ошибку. Маньчжурия — это нарушение всех договоренностей, это удар по балансу сил в Азии.
— Господин министр, — отвечал Бенкендорф, — Маньчжурия сама попросилась под защиту России. Мы лишь ответили на призыв о помощи.
— Помощь? — усмехнулся Грей. — Вы оккупировали территорию суверенного государства!
— Китай больше не суверенное государство, — парировал посол. — Он разваливается. Мы предлагаем порядок и стабильность.
— А проливы? — Грей перешел к главному. — Почему русские корабли блокируют проход английских судов?
— Мы не блокируем, — возразил Бенкендорф. — Мы проверяем. На предмет контрабанды оружия.
— Это произвол!
— Это право победителя, господин министр.
Грей побледнел, но сдержался:
— Передайте вашему императору: Англия не потерпит такого отношения.
— Передам, — поклонился Бенкендорф. — Но предупреждаю: Россия тоже не потерпит угроз.
Сцена 12. Петербург, декабрь 1908
Я получил отчет о разговоре и усмехнулся:
— Англичане кипятятся. Это хорошо — значит, мы на правильном пути.