— Разве можно отпустить вас без наказания после такого поведения? Жена должна во всём слушаться мужа.
— Но я ведь пока ещё не ваша жена, — ответила, закусив губу и как-то незаметно для самой себя сомкнув пальцы на его спине, будто обнимая. — После церемонии сможете меня наказать.
Это прозвучало как-то игриво и даже пошло, хотя я вовсе не намеревалась уходить в подобную степь.
Аластер выгнул бровь, в его глазах появилось что-то тёмное и пленительное (больше чем обычно).
— Даже так? — голос был особенно низким с нотками хрипотцы.
Я сглотнула, и, почувствовав, как начала покрываться красными пятнами, не нашла ничего лучше, кроме как ляпнуть:
— Лорд Хейл… — запустила пальцы в его шикарные платиновые волосы, — я даже не знаю, как мне оправиться от… ммм… этой истории с Алисией. Боюсь, я совершенно не в вашем вкусе. И волосы не те, и глаза… и фигура.
— Долго собираетесь иронизировать над бедной сиротой? Она в своих бедах не виновата, а ваше поведение — дурной тон.
Он вроде говорил строго, но всё тем же голосом, от которого кровь в венах закипала.
— А я вовсе не о ней!
— Неужели?
— Да, конечно, лорд Хейл… я о вас. Я полагала, что смогу завоевать ваше сердце. Но теперь… как-то неловко…
Должно было звучать насмешливо и дерзко, но под его взглядом в паутине из закатных лучей я скорее мямлила, пытаясь задуть пламя, которого отчего-то страшно испугалась.
Вот и Аластер смотрел насмешливо, нисколько не воспринимая мои слова всерьёз.
В итоге мои ладони упёрлись в его твёрдые плечи, и я выпалила:
— Это как будто доедать за ней объедки… И она не королева, чтобы это было честью.
Он несколько невыносимых мгновений смотрел на меня похолодевшим взглядом.
Вновь всё прозвучало не так, как должно было быть. По крайней мере, в голове.
Чего же я начала дуреть рядом с ним?
Мне ведь надо спасти брата только и всего.
— Объедки, значит? — улыбнулся он наконец так, что я перестала дышать. — Я ведь вам уже говорил, лери Табита: у нас на Севере принято с уважением к еде. И вы съедите всё до последней крошки, даже если это объедки ведьмы.
После этих слов его губы снова оказались ужасно близко к моим. Он схватил меня за запястья и прижал к земле над головой, чтобы не смогла вывернуться. В горле билось сердце.
Мысли растворились, всё замерло, всё превратилось в дрожащий трепет.
И тут… вокруг нас начала скакать Руби, которая просто не вникла в интимность сцены.
— Эй, Табита! — крикнула она. — Не теряй время, он всё равно тебя не удивит! Давай играть!
— Не удивлю? — поинтересовался Аластер.
— А и ещё кое-что, Табита, я забыла сказать, — затараторила лиса, — там ваш дед утонул!