Матушка бросилась в ноги моему двоюродному дяде, Тортону Лайтери. Он сидел в кресле, перебирая в пальцах фамильный перстень с кроваво-красным камнем.
Это вещица говорила о том, что Тортон — глава семейства Лайтери, старший мужчина, который должен был заботиться об остальных.
— Он умрёт, господин… — всхлипнула матушка, запрокинув голову, жалостливо глядя в глаза мужчине. — Я всё правильно поняла? Неужели нет никакого выхода? Мы согласны на всё. Мой сын… он ведь совсем ещё малыш.
Моему брату, Гарри, было девять лет. И он не выглядел больным. Его поведение это только подтверждало: мальчик выбежал из коридора в гостиную и закричал:
— Да в порядке я! Дядя, не пугайте матушку!
Гарри взмахнул ладонью и люстра упала с потолка, едва не придавив его лисёнка. Тот затявкал и поджал хвост.
— Это… случайность, — потупился Гарри.
Дядюшка Тортон поджал губы и едва заметно покачал головой, пронзая племянника взглядом янтарных глаз. У него были слегка вьющиеся средней для мужчины длины волосы, каштанового цвета. Правильные, но всё же грубые черты лица, и при этом лукавые глаза и большой рот, из-за которого раньше, в детстве, мужчина напоминал мне змею.
Хотя сейчас я и могла бы назвать его мужественным и красивым.
— Твоя сила только растёт, Гарри. Я уже видел подобное, — заключил Тортон. — Сначала ты будешь крушить всё вокруг, затем сляжешь с лихорадкой, твоё тело ослабнет, а сила начнёт вредить уже тебе самому, разрушая тебя изнутри.
Дядя, наверное, считал, что от Гарри не стоило скрывать такие подробности, ведь он был мальчиком и должен был уметь справляться с трудностями. Даже в таком нежном возрасте.
Брат поднял на руки лисёнка, погладил его, покачал головой.
— Всё со мной нормально! — сказал он. — Ну, подумаешь, сломал три сарая и проломил пол на третьем этаже…
Матушка тут же поднялась на ноги и, всплеснув руками, в сердцах выкрикнула:
— Вредитель!
Словно на мгновение забыв, что Гарри не специально.
— Разбил все мои вазы, — запричитала она, переведя взгляд на дядю. — Согнал куда-то стадо овец… Где их теперь искать… Что мы будем есть зимой?
Она уже точно такими же словами встретила Тортона, когда он приехал из-за её письма, госпожи Эдны Лайтери, в котором она просила вправить мальчику мозги.
В общем-то, мы ожидали услышать, что это просто переходный возраст.
А вовсе не то, что виной всему редкая магическая болезнь.
— Хватит валять дурака, дядя, — держался Гарри до последнего, — вы здесь, чтобы выпороть меня! Как мужчина мужчину! Так сделайте это. А женщину зачем пугать?