— Что еще? — зарычал Черноярский.
— Распоряжение наркомата о том, что любая экспертиза военных разработок должна согласовываться с военным ведомством. А у нас как раз готовится испытание в особых условиях.
Я заметил, как один из немцев быстро переглянулся с коллегой. Что-то в их взглядах меня насторожило.
— Предлагаю, — я улыбнулся самой любезной улыбкой, — создать комиссию исключительно из отечественных специалистов, имеющих допуск к секретным разработкам. И обязательно включить представителей военной приемки.
— Это затянет процесс! — возразил Тверитинов.
— Зато обеспечит секретность, — я выделил последнее слово. — А то знаете, в последнее время участились случаи промышленного шпионажа.
Немцы заметно напряглись. Черноярский смотрел на меня с нескрываемой ненавистью.
Через день Медведев сообщил, что создана новая комиссия, полностью из проверенных советских специалистов, половина из которых поддерживает наш проект.
Вечером ко мне позвонил Зубцов:
— А ведь Черноярский мог крупно влипнуть с этими «немцами».
— Мог, — согласился я. — Но не будем использовать это против него. Пока.
— Почему?
— Потому что он еще пригодится. Пусть думает, что переиграл нас с комиссией. А мы тем временем…
— Что?
— Подготовим танк к настоящим испытаниям. В Маньчжурии.
На следующее утро в той же квартире меня ждал новый сюрприз. Звонок от Протасова, директора металлургического завода:
— Леонид Иванович, беда. Главк приостановил поставки специальной стали. Требуют пересмотра всей технической документации по новым нормативам.
Я сразу увидел здесь руку Черноярского. После неудачи с комиссией он решил ударить по снабжению.
— Что конкретно требуют?
— Полный пересмотр расчетов прочности. Новые испытания сплавов. Дополнительные согласования в трех инстанциях. На это уйдет минимум два месяца…
— Так, — я придвинул телефон. — Действуем.
Первый звонок Самохину в военную приемку:
— Нужна срочная резолюция о недопустимости приостановки поставок для секретного оборонного заказа.
Второй — Дорохову:
— Николай Петрович, помните ваше заключение по испытаниям нашей стали? Пришло время его использовать.
Третий — Величковскому:
— Профессор, нужна ваша помощь. Подготовьте, пожалуйста, экспертное заключение о полном соответствии наших сплавов всем требованиям. И соберите подписи в академии.
После обеда я уже сидел в кабинете заместителя наркома тяжелой промышленности. Тут собралось экстренное совещание. Черноярский сидел в углу, делая вид, что происходящее его не касается.
— Товарищи, — начал замнаркома, — поступило предложение о пересмотре технической документации…