На этот раз без усилия. Почти ласково.
— Разве у меня есть выбор?
Она замолчала.
Этот вопрос не нуждался в ответе.
Мы дошли до моих комнат. Нива поспешила открыть дверь, и теплый воздух ударил мне в лицо. Здесь было красиво: мягкий ковер, резной комод, ширма у окна, светильники в форме зимних лилий. Все дорогое. Все безупречное. Все чужое.
Я вошла и остановилась посреди комнаты, вдруг не понимая, куда деть руки.
Нива осталась у порога.
— Хотите, я принесу чаю?
— Нет.
— Тогда горячую воду? Или позвать лекаря?
Я качнула головой.
Лекарь.
В этом доме лекарей звали, когда нужно было заштопать тело. Душой здесь не занимались.
— Оставь меня.
Нива помедлила, будто хотела сказать еще что-то, но все же поклонилась и вышла.
Дверь тихо закрылась.
Я осталась одна.
Тогда и только тогда позволила себе сесть.
Не красиво. Не прямо. Не как леди из рода Арденов.
Просто опустилась на край кресла и уставилась на огонь в камине.
Три дня.
Меньше, чем нужно, чтобы привыкнуть к дурной мысли. Больше, чем нужно, чтобы унижение успело осесть в крови.
Я медленно сняла кольцо с пальца, посмотрела на темный камень, на тонкую гравировку внутри ободка. Там были слова брачной клятвы. Я когда-то читала их, краснея от неловкой надежды.
Теперь буквы казались насмешкой.
Я не швырнула кольцо в огонь.
Не из гордости. Из ясности.
Пока оно было на мне, я все еще принадлежала этому дому. Даже если самому дому это давно не было нужно.
Стук в дверь прозвучал негромко, но я сразу выпрямилась.
Слишком рано для Нивы.
Слишком уверенно для слуги.
— Войдите.
Дверь открылась, и на пороге появился Рейнар.
Как всегда, он заполнял собой все пространство сразу. Высокий, темный, собранный. На нем уже не было тяжелого парадного плаща, только черный камзол, подчеркивающий широкие плечи. Он закрыл дверь за собой и несколько мгновений молчал.
Когда-то от этого молчания у меня перехватывало дыхание.
Теперь оно только утомляло.
— Я не хотел, чтобы разговор прошел так, — сказал он.
Я тихо рассмеялась.
Не зло.
Скорее устало.
— А как ты хотел?
Он не ответил сразу.
Как всегда, выбирал слова так, будто с ними можно было обойти острые углы.
— Тебе действительно будет лучше на севере.
— Ты уже говорил.
— Там спокойно.
— Для кого?