Они вышли из машины. Горный воздух, разреженный и колючий, мгновенно выбил из легких остатки сна. Тишина здесь была оглушительной — ни звука машин, ни лая собак. Только тяжелый шепот сосен на ветру. Дамиан подхватил Алису на руки, когда она пошатнулась, наступив в глубокий сугроб, и понес её к массивному крыльцу.
Внутри пахло холодом, старым деревом и застывшим временем. Дамиан опустил Алису в огромное кресло у камина.
— Сиди. Не смей вставать, пока я не принесу плед, — приказал он, направляясь к поленнице.
Алиса проводила его взглядом. Дамиан двигался по дому с пугающей грацией хозяина положения. Он снял тяжелое пальто, оставив его в прихожей, и теперь в одной черной водолазке казался воплощением чистой, концентрированной силы. Ткань облегала его широкие плечи, подчеркивая каждое движение мощных мышц. Даже здесь, в глуши, он выглядел так, будто командовал армией, а не просто обустраивал ночлег.
Он вернулся через минуту. В его руках был огромный кашемировый плед цвета горького шоколада. Он не просто набросил его на неё — он опустился на колени перед креслом, его лицо оказалось на уровне её глаз. Алиса затаила дыхание. Он начал тщательно укутывать её ноги, аккуратно подтыкая края шерсти. Его ладони, крупные и горячие, на секунду задержались на её щиколотках. Разряд тока прошил Алису насквозь, заставляя пальцы на ногах подогнуться.
Пока он возился с дровами, Алиса оглядывалась. Внутри дом напоминал берлогу старого викинга: шкуры на полу, массивная мебель, грубо вытесанная из цельных стволов, и полное отсутствие зеркал.
Единственное украшение — старая фотография его отца на каминной полке, та самая, которую Дамиан хранил все эти годы.
Дамиан зажег огонь. Первые искры нехотя лизнули сухую бересту, и вскоре в комнате заплясали рыжие блики, оживляя тени по углам.
«Он здесь… Он нашел меня», — эта мысль билась в голове Алисы, как пойманная птица. Она непроизвольно коснулась живота под свитером. В тепле камина тошнота немного отступила, но на её место пришло изматывающее чувство голода, смешанное с животным страхом.
POV Дамиана
Она была ледяной. Я чувствовал холод, исходящий от её кожи, и это бесило меня. Моя птичка замерзла до самых костей в том своем «уютном» домике с запахом пирожков. Да, там пахло домом, и это ударило по мне сильнее, чем я готов был признать. Она создала жизнь без меня. Она пекла хлеб, подшивала занавески… А я в это время сходил с ума в стерильном дворце, глядя на её пустую подушку.
Я поднял взгляд. Алиса смотрела на меня сверху вниз, и в её глазах была такая смесь ненависти, изнеможения и… чего-то еще, чего я не мог распознать. Она казалась мне сейчас такой хрупкой, что я боялся дышать в её сторону.