Сейчас меня волновало только одно: увезти её. Спрятать. Сделать так, чтобы этот запах хлеба и уюта стал моей единоличной собственностью.
Я швырнул её сумку в багажник внедорожника и запер дверь за Алисой. В салоне мгновенно воцарилась тишина, прерываемая только рокотом мощного двигателя. Красный Яр исчезал в зеркалах заднего вида — серый, холодный, пахнущий дымом и её недолгой свободой.
Алиса сидела, прижав корзинку с пирожками к животу, и её взгляд, устремленный в темноту, был полон такой невыносимой тоски, что я на мгновение пожалел о том, что нашел её. Но только на мгновение. Хищник не жалеет добычу. Он её хранит.
Дорога из Красного Яра вглубь Уральских хребтов растянулась на бесконечные шесть часов. Мощный внедорожник Дамиана бесшумно пожирал километры, пробираясь сквозь ноябрьскую метель. В салоне, отрезанном от внешнего мира бронированным стеклом, царил полумрак, разбавляемый лишь призрачно-синим свечением приборной панели. Алиса сидела на пассажирском сиденье, скованная усталостью и страхом, наблюдая, как редкие огни цивилизации сменяются кромешной тьмой вековых лесов.
Когда небо над горами начало окрашиваться в холодный, пепельно-голубой цвет предрассветных сумерек, Дамиан свернул с основной трассы на едва заметную просеку. Машину начало подбрасывать на камнях, и Алиса инстинктивно вцепилась в ручку двери.
— Мы почти на месте, — негромко произнес Дамиан. Его голос, низкий и спокойный, в этой тишине прозвучал как рокот далекого грома.
Наконец, фары выхватили из тумана очертания строения. Это не был роскошный особняк из стекла и бетона, к которым привык Дамиан. Перед ними вырос массивный, приземистый сруб из почерневшего от времени кедра, вросший в скалистый склон. Огромные бревна, толщиной в обхват взрослого мужчины, казались частью самого ландшафта. Плоская крыша была завалена толстым слоем свежего снега, а узкие окна, защищенные тяжелыми ставнями, смотрели на мир сурово и неприступно.
Этот домик был особенным. О нем не знал ни Северский, ни конкуренты по порту, ни даже большинство его охраны. Дамиан купил этот клочок земли на свои первые «грязные» деньги еще юношей. Здесь он скрывался, когда за его голову давали цену, здесь он зализывал раны после первых серьезных столкновений с Карелиным-старшим. Это было его единственное по-настоящему безопасное место — его личный «нулевой меридиан».
POV Дамиана
Я смотрел на темные стены сруба и чувствовал, как внутри затихает буря, бушевавшая три месяца. Этот дом помнил меня слабым, помнил меня озлобленным. Теперь он увидит меня другим. Я привез сюда Алису не потому, что это была лучшая клетка, а потому, что это было единственное место на земле, которое я не готов был делить ни с кем. Привезти её сюда означало впустить её в самый центр своего ада… или своего рая.