Я шла по белоснежной ковровой дорожке, чувствуя на себе сотни взглядов — завистливых, восхищенных, изучающих. За моей спиной, на расстоянии вытянутой руки, шел Артём. Со стороны мы, должно быть, казались идеальным воплощением власти и красоты. Король и его королева. Никто из присутствующих не догадывался, что под шелком моего платья сердце колотилось в предсмертной агонии, а каждый шаг давался мне так, словно я шла по битому стеклу.
Мы встали перед регистратором — пожилой женщиной с безупречной осанкой, чей голос начал привычную, патоку-сладкую речь о союзе душ, о верности до гроба и о том, что любовь побеждает всё. Каждое её слово падало в тишину зала, как тяжелый камень в глубокий, темный колодец.
— Артём Александрович Северский, согласны ли вы взять в законные жены Лию Александровну? — торжественно произнесла она.
— Согласен, — его голос был твердым, вибрирующим от скрытой угрозы. Он смотрел на меня, и в его взгляде была странная смесь мольбы и первобытного собственничества.
— Лия Александровна, согласны ли вы…
В этот момент Алиса, стоявшая совсем рядом, легонько потянула меня за край кружевного шлейфа. Она смотрела на меня снизу вверх своими огромными, доверчивыми глазами, в которых светилось одно-единственное желание: чтобы мама и папа никогда больше не расставались. Чтобы этот страшный мир с больницами и похищениями наконец закончился.
В этот момент я поняла, что Артём был прав в самом страшном. Правда может убить. Если я сейчас скажу всё, что узнала, я не просто уничтожу его репутацию. Я разрушу хрупкий мир этого ребенка, который только-только начал заживать. Но если я промолчу — я стану такой же, как Маргарита. Я стану соучастницей в этой вечной игре Северских.
Я медленно протянула руку и взяла микрофон из рук опешившего регистратора. По залу пронесся коллективный вздох удивления, за ним последовал нарастающий шепот.
— Дорогие гости, — мой голос сначала дрогнул, но я заставила себя выпрямить спину. — Прежде чем я дам свой ответ, я хочу поблагодарить всех вас. Пять лет назад я ушла из этого города, не имея ничего, кроме честного имени. Сегодня я стою здесь, и я понимаю: в мире Северских честность — это самая дорогая валюта.
Я повернулась к Артёму. Он замер, его лицо превратилось в непроницаемую маску, но я видела, как побелели его пальцы, сжимающие край трибуны.
— Артём Александрович — великий строитель. Он возводит небоскребы из стекла и стали. Но сегодня, перед всеми вами, я хочу сказать ему: стеклянные дома слишком легко бьются. И если мы собираемся строить общий дом, нам придется снести всё до самого фундамента. Прямо здесь и сейчас.