Подъем по широкой мраморной лестнице казался мне восхождением на эшафот. Каждая ступень отзывалась в голове глухим ударом. Алиса, обычно словоохотливая и шумная, притихла, крепко сжимая мою ладонь. Её маленькие пальчики были холодными, и это чувство вины — за то, что я притащила её в это логово, за то, что не смогла убежать — жгло меня изнутри сильнее любого клейма.
Комната, в которую нас привели, была огромной. Светлой, безупречной, пахнущей свежестью и дорогим текстилем. Здесь всё было продумано до мелочей: мягкий ковер, в котором утопали ступни, кровать с балдахином, похожая на облако, и отдельная смежная комната для ребенка, заставленная игрушками, о которых Алиса не смела даже мечтать. На кровати лежал мой рюкзак — жалкий, потертый, выглядящий здесь как кусок мусора в ювелирном магазине.
— Мама, а почему здесь так много кукол? — Алиса осторожно подошла к полке, на которой сидели коллекционные медведи. — Это тоже сюрприз?
— Да, котенок. Это… гостеприимство хозяина, — я выдавила из себя подобие улыбки, чувствуя, как горло перехватывает спазм.
Артём подготовился. Он не просто запер нас, он выстроил для Алисы золотой рай, чтобы на контрасте с нашей серой квартиркой на окраине он выглядел добрым волшебником. Это была самая грязная тактика из всех возможных — подкупать ребенка.
Ровно через час раздался негромкий стук в дверь. — Артём Александрович просит вас спуститься в столовую, — произнесла экономка, женщина с непроницаемым лицом, одетая в серую униформу.
Я переоделась в единственное чистое платье, которое было в рюкзаке — темно-синее, простое, с закрытым воротом. Оно было моим щитом. Я умылась ледяной водой, стараясь скрыть припухлость глаз, и взяла Алису за руку. Мы спускались вниз, и я чувствовала себя так, будто иду на допрос.
Столовая была залита мягким светом хрустальной люстры. Стол был накрыт на троих. Артём уже сидел во главе, листая что-то в телефоне. Увидев нас, он встал. Это было автоматическое движение джентльмена, но в его глазах не было вежливости. Там была победа.
— Садитесь, — он указал на стулья справа от себя. — Алиса, я попросил повара приготовить макароны с сыром. Надеюсь, я угадал?
Алиса робко кивнула, забираясь на высокий стул. Она смотрела на него с нескрываемым любопытством. Дети чувствуют силу, и Артём излучал её в избытке.
— Ты очень большой, — вдруг сказала она, рассматривая его широкие плечи. — Больше, чем на фотографии.
Я замерла, выронив салфетку. — На какой фотографии, малыш? — голос Артёма стал опасно мягким. Он медленно перевел взгляд на меня.