Рассматриваю с ненавистью сморщенное как печеное яблоко лицо и вспоминаю свои подозрения. Тогда Кэмерон засомневался, что брат мог так поступить с ним. Но я уже тогда догадывалась, что Грегори приложил к этому «несчастному» случаю руку. И чтобы дать больше времени мужу, спрашиваю:
— И как же? Разве это не был трагичный случай на поле боя? Кто-то нанес удар в спину, когда Кэмерон руководил обороной.
— Случайность? Ты все еще веришь в случайности, когда речь идет о нашей семье? О нет. Я понял, что единственный шанс что-то изменить в своей жалкой судьбе — это все взять в свои руки. Я нашел человека, который любил золото гораздо больше, чем честного командира и поручил ему это деликатное дельце. А как он справился, я позаботился о том, чтобы этот продажный щенок никому ни о чем не рассказал. Понимаешь? — Грегори проводит большим пальцем по горлу. И тут даже тупой поймет — он убил того, кто сделал за него работу.
— И что тебе дала эта подлость? Ты все равно на долгие три года остался прикован к брату-инвалиду? Зачем было так рисковать?
— Конечно в моих планах Кэменрон подыхал там, на поле боя. Но я его счастье, рядом с ним оказался крайне умелый маг, что сумел закрыть раны, но не смог вернуть чувствительность телу. А потом объявилась ты и все вообще вышло из-под контроля!
Грегори упирает в меня взгляд и мне кажется, что вот сейчас он сорвется. Не дождется брата и просто прирежет меня. Но… он вдруг вскидывает голову, прислушиваясь к звукам извне. Я тоже замираю, пытаясь уловить то, что он услышал.
Но ничего не происходит. Просто вой ветра и скрип старых ставень.
— Ты сгниёшь в аду раньше, чем коснёшься его, — произношу твердо в установившейся тишине, вложив в эти слова всю свою злость.
Грегори заходится в беззвучном смехе.
— Обещаю, ты первая увидишь, как оно там!
Он встаёт, подбирает с пола тарелку к которой я так и не притронулась и выходит. Снаружи лязгает засов.
Время снова начинает ползти со скоростью улитки. Я пытаюсь поддеть куском сланца деревянные ставни окна. Но дерево твёрдое, прогресс ничтожно мал, но это хоть какое-то действие. И постоянно думаю о Кэме. Он нас ищет. Я точно знаю. И уже близко! Эта мысль — единственный источник тепла в ледяном подвале.
Грегори заходит ещё раз, уже ближе к вечеру, судя по свету из щели. И приносит воду в жестяной кружке. От вида плещущейся воды — провожу языком по потрескавшимся от засухи губам. Жажда действительно меня мучает, но из рук Грегори я ничего не приму.
— Пей. Обезвоживание плохо для малыша, — произносит с пародией на заботу.