Минуты тянутся.
Ну, чего там у нас случилось? Какая беда?
— Олесь, у нас… э… ситуация внештатная. — Его голос звучит намеренно бодро, чтобы я не тревожилась, и это мгновенно заставляет меня встревожиться.
— Ну-ка. — Подхожу. Перед носом маячит приборная панель с красной лампочкой. — Что это значит? Сломались?
— Топливо кончилось.
— Это шутка такая?
— Сам бы посмеялся, честно. Но вот… — Разводит руками.
— И что теперь?
— Либо ждать, пока нас заметит какой-нибудь проплывающий мимо катер, либо звонить в службу, но… — он демонстрирует смартфон: «нет сети». — Ушли за радиус.
— Господи…
— Не переживай ты, Олесь. Если мы к утру не явимся, нас отправятся искать. Не дрейфь. Ты же не одна. Со мной! К тому же, может быть нам повезёт, и нас обнаружат уже сейчас.
Оглядываюсь.
От горизонта до горизонта только жирная синь.
Солнце медленно закатывается: гладкая красная монетка опускается в воду.
Затылок немеет от осознания, что мы застряли в море….
— Потрясающе, — выдыхаю. — Пару дней назад мы делили шкаф скотчем, а сегодня вот… делим Чёрное море.
— Тебе ведь нравятся нестандартные экскурсии?
С укором смотрю на него.
В сумеречном свете загар становится ещё темнее, волосы, растрепавшись, ловят ветер, а глаза… Они отражают закатное солнце так ярко, словно в них спрятано второе, запасное.
Сердце падает вниз и сразу взлетает, как в лифте без тормозов.
Мы оба понимаем: на берег мы попадём не скоро.
И всё, что у нас сейчас есть, — один на двоих плед, остаток вишнёвого сока, чёрное море и старая, упорно неумирающая химия.
Круиз в неизвестность.
Новый раунд.
И выстрел стартового пистолета прямо в небо, где последние полосы солнца растворяются в фиолетовом закате.
Егор.
*
Солнце уходит за горизонт размазывая по небу оттенки от сиреневого до густо-бордового. Уходит медленно, почти театрально, позволяя нам, простым смертным зрителям, ещё немного полюбоваться его красотой и погреться в тёплых лучах.
Вокруг пусто, море дышит спокойно и ровно, слегка покачивая яхту.
Не уверен, что именно так я представлял себе вечер, когда арендовал эту белоснежную красавицу у местного прокатчика, но жаловаться не буду.
Напротив, кажется, я в долгу у судьбы за такое стечение обстоятельств.
Олеся сидит на палубе, плотно прижав к себе колени и положив на них подбородок. Волосы растрёпаны ветром, плечи слегка дрожат от вечерней прохлады. И она настолько прекрасна в этом свете, что я застываю на мгновение, забывая, зачем вообще поднялся.
Хватаю плед, подхожу сзади и аккуратно накидываю ей на плечи. Она чуть вздрагивает от неожиданности, а потом расслабленно улыбается.