— Да, ты мой мужчина, — сказала тихо, но очень четко. — И я хочу, чтобы вся деревня об этом знала. Начиная с Клавдии.
Добрыня выдохнул. Прижал меня к себе так сильно, что я почувствовала, как бьется его сердце.
— Тогда давай есть пирожки, — прошептал мне в волосы. — А потом… продолжим.
Засмеялась.
— Только кофе сначала свари заново. А то твой предыдущий… немного разлился.
Он поцеловал меня в висок.
— Сварю. Обещаю. И не только кофе.
Гомер спрыгнул с табурета и подошел к нам. Потерся сначала о мои ноги, потом о ноги Добрыни. Признал. Мы втроем — я, Добрыня, кот — пошли на кухню, где около печки вальяжно восседал Гаврила. Идиллия.
А за окном уже вовсю светило мартовское солнце. И пахло весной. Может быть, на этот раз все будет иначе?
— Держи крепче! — крикнул вниз, пытаясь удержать равновесие на крыше бани. — Лестница качается!
— Держу! — отозвалась Василиса. — Это ты качаешься!
Замечательно. Критики найдутся везде.
Утро продолжилось вполне цивилизованно. Завтрак состоял из пирожков, которые принесла Клавдия, которой Василиса четко дала понять, что пирожки сюда носить больше не надо и что мужчина, живущий в этом доме, — ее. Это было ужасно приятно, и вообще, права на меня никто никогда не заявлял.
Василиса сидела напротив меня, пила кофе и выглядела так, что я забывал жевать. Как можно быть такой красивой с утра? Никакой косметики, волосы просто собраны в хвост, моя футболка… А я смотрю на нее и думаю, что готов каждое утро совершать подвиг, лишь бы она так улыбалась.
— Ты вообще представляешь, что делаешь? — спросила, глядя, как я изучаю инструкцию на телефоне.
— Конечно! — бодро соврал. — Интернет — великая вещь. Там есть видео, как чистить дымоходы.
— Видео?
— Да, видео.
— И ты веришь видео больше, чем здравому смыслу?
Здравый смысл подсказывает мне совсем другое. Например, что нужно просто обнять эту женщину и никогда не отпускать. Затащить ее в дом и целовать.
— Здравый смысл — это скучно, — ответил, привязывая к веревке специальную щетку, которую нашел в сарае. — А я теперь деревенский житель. Должен уметь все делать своими руками.
— Деревенщина, — повторила Василиса с такой интонацией, что я понял: она либо сейчас рассмеется, либо пошлет меня учиться куда подальше.
— Именно! — подтвердил, взбираясь по лестнице. — Смотри и учись.
Хотя сам еще неделю назад не знал, с какой стороны подступиться к топору. Забравшись на крышу, я оценил ситуацию. Труба выглядела угрожающе. Из нее торчала какая-то палка — видимо, остатки прошлых попыток прочистить ее.