Он тихо пискнул, будто понимая меня. Накинув на себя самую чистую из имеющихся рубах, я вышел на улицу, плотно закрыв за собой дверь. На улице солнце уже ярко светило, район потихоньку просыпался. Бодро шагнув на мостовую, я направился уже в привычную сторону к знакомой вывеске.
«Свистящий кабан» в утренние часы было не узнать. От вечернего буйства голосов и смрада осталось лишь призрачное эхо. Воздух внутри был прохладным и относительно свежим, в нём витали запахи вчерашнего пива, древесной смолы и влажных опилок, разбросанных по полу.
Борк стоял спиной ко входу, и с упорством натирал грязной тряпкой огромную деревянную кружку.
Я сделал шаг вперёд, скрипнув половицей. Трактирщик обернулся, увидел меня, но не удивился, лишь губы скривились в уже знакомую гримасу презрения и усталости.
— Опять ты, — прохрипел он, не прекращая тереть кружку. — Чего надо с утра пораньше?
Я подошёл к стойке.
— Доброе утро. Да как обычно — мне нужна еда для себя и зайцелопа.
Тряпка в руке трактирщика замерла, и он медленно поднял на меня взгляд.
— Зайцелопа? Парень, да ты, походу, перепутал меня с кем-то! Я торгую пивом, мясом и хлебом для людей, а не для магических зверей.
Произнося последние слова Борк начал злиться ещё сильнее. Любое упоминание о зверях приносило ему реальную боль, словно кто-то ковырял пальцем в старой ране. Я глубоко вздохнул, опёрся ладонями о стойку и посмотрел ему прямо в глаза.
— Краем уха слышал, что вашему зверю требуется помощь, — сказал я тихо. — Могу я его осмотреть?
Наступила тишина. Затем лицо Борка исказилось, превратившись в маску чистого, неконтролируемого бешенства. Он резко опустил кружку на стойку, от чего я вздрогнул.
— ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ⁈ — его голос мгновенно сорвался на хриплый сдавленный крик, — УБИЙЦА! Да я никогда в жизни не отдам Грайма в твои грязные руки! Никогда! Ты слышишь⁈
Рёв Борка прокатился по залу. Двое утренних посетителей, сидевших в дальнем углу у камина, подняли головы. Ещё один мужчина, точивший нож у стола, медленно встал. Атмосфера наэлектризовалась за секунду.
— Я просто хочу помочь! — ответил я, тоже повышая голос. — ПОМОЧЬ! Звери не должны страдать и гибнуть по вине хозяев, которые не обращаются за помощью из-за гордыни или собственной глупости!
— ЧТО⁈ — Борк дёрнулся вперёд и упёрся руками в барную стойку. Его лицо оказалось в сантиметрах от моего. — Грайма осматривали лучшие лекари столицы! Мастера с именами, о которых ты и мечтать не смеешь! И никто, НИКТО не смог ему помочь! Что ты, сопливый щенок, можешь сделать, чего не смогли они⁈