Затем тщательно подмёл пол и с тоской вспомнил о пылесосе — как же его не хватало… Следом настала черед влажной уборки. Я натаскал воды и вспомнил о «Экстракте Железнолиста». Почему бы не совместить полезное с полезным? Не только смыть грязь, но и продезинфицировать это убежище прошлого.
Взял ведро чистой воды и осторожно капнул туда несколько капель изумрудного концентрата. Реакция была мгновенной — от воды потянулся запах полыни, стерильности и грозовой свежести. Он перебил запах пыли, наполнив комнату ощущением почти медицинской чистоты.
Сначала я тщательно, с помощью тряпки, смоченной в растворе, промыл все стены и потолочные балки, счищая остатки сажи и въевшиеся запахи. Камень и дерево, высыхая, теперь пахли не затхлостью, а горьковатой свежестью. Затем принялся за пол. Вылил часть раствора на доски и начал скрести их щеткой, позволяя антисептику проникнуть в щели и трещины. Чёрная вода, казалось, уносила с собой не только грязь, но и дух тлена, что витал здесь годами. После основательной чистки ополоснул пол уже чистой водой, смывая остатки пыли и излишки горьковатого раствора.
Потом принялся за кровать. Разобрал деревянный каркас, вынес его во двор и щедро облил тем же антисептическим раствором, дав просохнуть на солнце. Матрас, уже выбитый и проветренный, также обработал слабым раствором по швам, на всякий случай. В сундуке нашлось несколько менее дырявых простынь и одеяло, которые я замочил в тазу с добавлением нескольких капель экстракта, прежде чем отнести полоскать к колодцу.
К вечеру комната была неузнаваема — пол сиял чистотой, а стены, освобожденные от копоти, оказались сложенными из грубого, но добротного камня. Потолок из балок теперь казался не низким и давящим, а уютным. Я собрал кровать, застелил ее чистыми, пусть и грубыми, простынями. Поставил сундук на место — внутри теперь царил порядок. На подоконник поставил глиняную кружку, в которую налил воды и положил пучок полевых цветов, сорванных во дворе — мелких, синих, похожих на незабудки.
Я стоял на пороге и осматривал получившийся результат. Комната была аскетичной, бедной, но чистой. В ней можно спать, не чувствуя, что тонешь в грязи прошлого.
Именно в этот момент, когда любовался своей работой, снаружи раздался нетерпеливый стук в дверь лавки.
«Ни дня покоя не дают», — мысленно вздохнул я, но улыбка не сходила с лица. После такого дня был готов к любым гостям.
Я прошел в главный зал и открыл дверь. На пороге, заслоняя собой вечерние сумерки, стоял дядя Ларк. Он окинул меня быстрым, цепким взглядом, потом его взгляд скользнул по чистому полу, аккуратным полкам, клетке со спящим Люмином. Его губы дрогнули, растянувшись в одобрительную, чуть усталую улыбку.