— Паршивый карманщик!
— Дряхлый ссскелет!
Каждому из них было не менее тысячи лет. Как дети, ей-богу.
Зрелище безумной потасовки удивительным образом завораживало, хоть садись на полу и доставай попкорн на часок-другой. Но я пришёл сюда не за развлечением, а по делу, и во многом это дело касалось одного из присутствующих тут персонажей. Совершенно спокойно, не торопясь, я подошёл к краю платформы и стал терпеливо ждать, не снимая «Вуаль». Оррисс продолжал уклоняться от обстрела Надзирателя, поднимаясь всё выше и выше, пока не поравнялся с моим уровнем. Здесь он на пару секунд завис, размышляя, приземлиться и отдохнуть, либо вернуться назад.
Ни того, ни другого ему не удалось.
Невидимая рука схватила семиглазого вора за левую ногу и дёрнула вниз с такой силой, что тот с размаху шмякнулся об каменный пол, не успев даже завопить. Рука принадлежала мне, равно как и знаковый артефакт Полуночи — Оковы Судьбы. Старинные наручники звучно защёлкнулись на лодыжках Оррисса, заставив его замолчать и застыть. Посох с набалдашником в виде ключа едва не свалился за край, но я успел его подхватить.
Спустя пару минут до верхнего уровня добрался и Надзиратель. Вблизи он выглядел даже хуже чем обычно — седые волосы сбились в колтуны, синюшная кожа приобрела оттенок гнили, чёрные провалы на месте глаз смотрелись как две грязные лужи. И лишь его голос, скрипучий и злобный, звучал с прежней силой.
— Что ты наделал⁈ — рявкнул он вместо «спасибо», нагибаясь за своим посохом.
— Поймал Оррисса, — невозмутимо ответил я. — Второй раз поймал, между прочим.
— Я не об этом, глупец. Что ты наделал с Полуночью⁈ Замок умирает! Узники вырываются на свободу! А проклятый Оррисс… Оррисс…
Тут Надзиратель отвлёкся и наградил беспомощного противника пинком босой ноги. Я поморщился, хотя стоило признать — пинок смотрелся довольно жалко и не мог причинить ни малейшего вреда. Силы Надзирателя явно были не на пике после попыток спустить ворона на землю, да и болезнь Полуночи подкосила его вместе с любимой вотчиной.
— Украл твой посох, улетел и устроил ещё больший бардак, — закончил за него я. — Видел, знаю. Что до замка — моя вина в этом есть, но я работаю над решением.
— Каким ещё решением? — с подозрением спросил он.
— Найти дорогу к сердцу, — начал перечислять я. — Спуститься к нему, найти и устранить проблему, заново напитать силой. Вроде ничего не забыл.
— Дорога к сердцу Полуночи была известна лишь горстке избранных Каким образом ты попал в их число?
— А я пока и не попал. Так, собрал несколько подсказок, но разгадка ещё впереди. Может, ты просветишь?