Муся стала уже третьим представителем «сказочных» народов, встреченных мною за месяц. Признаюсь, про троллей я вообще думала, что это фольклор. Оказывается, эти великаны вполне реально обитают на севере, за землями оборотней. Да, географию в Школе я прогуливала, но кто же знал, что учебник оживет и придет ко мне наниматься на работу?
За столичной суетой я почти забыла о войне, которая дышала в спину. План «Б» был прост: в случае чего подхватить Ларра, мешочек с золотом (банковским ячейкам в осаде я не доверяла) и бежать в сторону драконьих земель. В идеале прихватив с собой Стану, Ирну и девчонок. Даже для Муси у меня был припасен отдельный кошелек.
Вздохнула.
Дурдом, конечно, но за своих я в ответе.
Тео молчал. Каждый вечер я прокручивала в голове наш несостоявшийся разговор. Что, если бы я не взорвалась? Если бы дала ишхассу шанс объясниться? В этих фантазиях моя судьба каждый раз сворачивала на иную, более гладкую дорогу. Но реальность кусалась: глашатаи о свадьбе не кричали, а Очир мог и недопонять.
«Хватит терзаться, Тина. Ты приехала сюда завоевательницей, а не плакальщицей», — приказала я себе. Послезавтра иду в Управление представлять проект пропускного пункта. И к Тео загляну обязательно. Оденусь так, чтобы у него дыхание перехватило. Посмотрим, как «демон Истрана» запоет, когда я пройду мимо него, сияя уверенностью. Он ведь наверняка извелся, читая ежедневные отчеты моих соглядатаев. Поиграем по моим правилам, на низменных инстинктах.
А завтра в Университет. Пора записаться на курс прикладной артефакторики к легендарному лею Унверсу из клана Черной секиры. В школе я тянула эту науку сама по книгам, но лекции гнома такого уровня — шанс, который нельзя упускать. Городские гномы могут сколько угодно кричать, что упоминание кланов провинциальщина, но Унверс — это бренд.
Я с отвращением отпихнула отрезы ткани Асха. Решено: отправляю все обратно с письмом, что, если он не найдет достойного материала, я найду другого поставщика. Да за контракт на отделку Гостиницы и Модного дома столичные лавочники передерутся!
— Госпожа! — прервал мои мысли встревоженный голос.
Я вздрогнула. Неужели кочевники прорвали оборону Муси? Но, обернувшись, облегченно выдохнула: в дверях стоял Ильяс, конвоирующий двух девушек.
На вид им было лет по семнадцать. Чистенькие, опрятные, но в таких поношенных платьях, что ткань едва держалась на честном слове. Руки они стыдливо прятали под серыми, застиранными фартуками.
— Вот, значится, могут у вас в том бабском доме работать, пальцы пилить, — Ильяс довольно осклабился, подталкивая спутниц в спины. — Марика и Анья. Они что хочешь нарисуют, я сам видел! У горшечника Марка спины гнули, только он их это… поколачивает зазря.