— Хорошо, дядя, только домой заеду, с женой попрощаюсь — и в путь, — соглашается племянник.
— Нет, тянуть нельзя, — чуть подумав, отвечает ему дядя. — Туллингенцы могут вспомнить что-нибудь, писать в банки и отзывать векселя. Надо ехать сейчас.
Кажется, эта поспешность не радует молодого человека. Волков это замечает.
— В чём дело, Бруно? Что не так?
Племянник молчит сначала, а потом и произносит:
— Урсула.
— Что с нею? — Волков, признаться, давно не видал жены племянника. — Не больна ли?
— Да нет вроде. Она перестала со мной говорить…
— Говорить перестала? — не понимает генерал.
— Стала меньше разговаривать. Ужины себе в покои просит. До себя не допускает… Нет, допускает, но сначала молится… В церковь стала ходить ежедневно.
— И что же тут такого? — рассуждает генерал. — И что плохого, что она в церковь ходит? Хуже будет, если женщина в церковь ходить перестанет. Церковь бабам разум на место вставляет, так что радуйся, — Волков совсем не хотел вникать в отношения племянника и его жены. «Блажь всё это! В церковь ходит, ужин в покои просит. Мало ли что у бабы в её женской голове происходит. Какой дури там только не сыскать! Ему бы с моей пожить, тогда, может быть, и радовался бы, что его жена мало разговаривает». Но отмахнуться от этого всего Волков не мог. Урсула и Бруно связывали Эшбахт и кантон Брегген не хуже, чем общая выгода. И разлад, хоть какой-то, с семьёй Райхердов был владетелю Эшбахта совсем не нужен. — Она не похудела?
— Нет вроде, — отвечает племянник.
— Не беременна?
Бруно пожимает плечами: Бог её знает:
— Ничего не говорит.
— Перед отъездом напиши ей письмо. Ласковое, — предлагает племяннику генерал. Он видит, что разлад с женой серьёзен. — А в Ланне купи ей подарков. Самую лучшую ткань купи, какую сыщешь, золото, чулки из шёлка, не знаю, что она у тебя любит. Может, конфеты, может, пряники печатные. В общем, не скупись. А как приедешь, так непременно поговори с нею. Женщин трудно понять, даже разговаривая с ними, а уж ежели не говорить, так вовсе понять невозможно. Если нужны деньги, я тебе дам.
— Деньги у меня есть. Спасибо за совет, дядя, — Бруно понимает, что разговор окончен. Он встаёт.
— Надо было тебе ехать с Нейманом, — размышляет генерал. — Ладно, пусть Рене найдёт тебе пару людей в сопровождение. Поцелуй матушку, передавай привет графине. Я напишу тебе письма к ней и к Агнес, завтра утром заберёшь, я оставлю тебе их — возможно, на заре уеду. Как вернёшься из Ланна с подарками для жены, так мы ещё поговорим о твоей Урсуле.
Так и вышло: едва стало светать, как он уже был в карете и ехал к Малену, так как дел у него было очень много. Принц приезжает. Возможно, будет уже через неделю.