«Стряпчий Бельдрих… Да, он может знать то, что знать надобно и мне тоже».
— А этот Бельдрих, он не товарищ некоему адвокату Кристофу Альбину?
— Так одна шайка! — воскликнул Кёршнер. — И Бельдрих, и Альбин, и… этот, как его⁈ — он потряс рукой, прося помощи, но так как никто ему не помог, вспомнил сам: — … Браун! Точно, они с судьями и выпивают частенько, разбойники истинные, все повязаны, уверяю вас, и действуют дружно, как банда… Я так знаю их хорошо, дважды с этой компанией в судах встречался.
Барон кивает.
«Теперь понятно; а как надобно, так для Гейзенбергов делишки обделывают не только в судах!».
А потом генерал стал говорить о том, что надобно ему как-то от города получить деньги на ремонт дома, но все собравшиеся на сие его желание смотрели кисло, не очень-то верили, что такое возможно. А Кёршнер ему и сказал:
— Виллегунд жаловался, что он от города едва может на приветственный обед в честь принца деньги получить. Казначей и консул говорят, что казна опустошена улучшениями и чистками в городе, — и он добавил: — А если у принца свита не очень велика, то я, как и договаривались, почту за честь принять его у себя.
Нет, он не собирался так просто отступать. Ему нужно было поговорить насчёт этого с сенатором Виллегундом, которого сегодня не было. Иначе после визита Его Высочества у него не было бы даже предлога просить денег на ремонт дома, который городу никак не принадлежит.
А к вечеру, когда они остались с четой Кёршнеров, сначала Дитмар рассказал ему, что на снос Хирморских трущоб магистрат денег пока не дал, всё серебро, что было, они направили на очистку канав у западной стены и городского ручья от хлама и падали, а также на ремонт и покраску зданий. А уже после Кёршнеры по-родственному стали выведывать у него подробности его мести туллингенцам. Особенно и Дитмар, и Клара хотели знать, правду ли говорят, что он захватил возы серебра. На что генерал лишь махал рукой в разочаровании: Господи, да какие там возы. И рассказал им, что прибыль с того дела, конечно, будет, да не такая, как он надеялся.
— Так — проценты погасить да ворота в замке поставить.
— Значит, достраиваете дом свой? — радовалась Клара.
— Да, но на отделку и мебель ещё нужно серебра, и на всякую домашнюю мелочь; надо ещё тысяч двадцать, по моим расчётам. А может, и более.
— Ох, ох, ох, — качал головой купец соболезнующе. — Уж как я вас понимаю, дорогой родственник, как понимаю. Батюшка мой, да и я ещё сам, в этот дом целые состояния вложили, а в замок-то ещё больше денег надо.
— Ну а ваши дела как идут? Как кожи? Продаются? — Волков желает чуть отвести разговор от баснословных «возов серебра».