— В состоянии эрекции, Николай! Что, к слову… кхм… невозможно с точки зрения любой сферы науки.
— Не нравится мне всё это… Он как живой… — Щека Николая нервно дёргается. — Там есть ещё что-нибудь? Артефакты?..
— Этот экземпляр сам себе исторический артефакт. Спокойнее, Николай. Так…
Щелчок, шипение.
— Начинаю запись. Семнадцатое мая. Восемь сорок утра. Мумифицированный объект номер восемь. Впервые такое вижу. Ткани в идеальном состоянии. Объект имеет европеоидные черты, что крайне несвойственно…
— Профессор!!!
Профессор от неожиданности роняет диктофон.
— Да чтоб тебя, Николай! Чего ты орёшь, дурак⁈
— Он… он… пошевелился… Палец…
Тишина. Слышится лишь тяжёлое дыхание Николая.
— Не говори ерунды, — как-то неуверенно отзывается профессор. — Ты пересмотрел фильмов…
— Профессор, вы обещали…
— Что я тебе обещал?
— Не мне. Самому себе, что научитесь верить в невозможное, после того как какой-то китаец съел летучую мышь…
Оба фонарика гаснут без всякой на то причины. Мрак разгоняет лишь тусклый зеленый свет биолюминесцентных грибов…
Жертвенный алтарь мне в третий канал! Судя по содержимому источника под саркофагом, эфирных запасов там осталось совсем немного. Через пару десятков лет я бы начал умирать. И даже не заметил бы этого, если бы меня сейчас не разбудили.
Какого…
Так… Слышу голоса. Мужские. Два. Язык не понимаю. «Брум-врум-хрум» какой-то…
Чужаки? Почему они здесь? И как они сняли печать с саркофага? Ага, понятно. Печати давно ослабли, так как остатки эфира перенаправились на поддержание моей жизни.
Нужно срочно вылазить. Меня должны были разбудить потомственные ученики, из поколения в поколение ожидающих пробуждения Великого Азаэля. Кот должен был всё подготовить… На крайний случай Пума или Ягуар.
Что-то тут совсем не так.
С большим трудом открываю закрытые на века глаза. По ушам больно бьёт чей-то крик. Слышу топот ног.
Так. Остатки эфира из источника отзывается. Но с трудом и в бо́льшем количестве, чем требуется. Недовольно морщусь. Накладываю большой палец на мизинец, щёлкаю суставом — и плетение срабатывает. О, так быть не должна. Почему палец сломался?
Скрежет камня. Скрытые механизмы лениво отзываются на плетение, перекрывая все пути отступления из погребальни. Кто бы меня ни воскресил, сбежать он не сможет, пока не ответит на вопросы.
Странно… судя по звукам, я что-то только что сломал в механизмах. Почему никто не поддерживал их в порядке? Почему погребальня больше похожа на заброшенную пещеру аборигенов?
— Быхл мыхл рыхл пухл трахл!!!
Какой отвратительный язык. Никакой грации и глубокомыслия. Кто они вообще такие? Как здесь оказались? Почему в моей погребальне какие-то чичимеки? Кот тут экскурсии проводил что ли?