— Да за что⁈
— За антинаучные теории. Ещё раз тебе говорю, это всего лишь очередной ацтекский жрец или богатый гражданин. Ритуал погребального запечатывания был очень популярен после…
— Да-да, профессор, я знаю. Но что, если это и правда Изаэль? В скрижали говорится…
— Я тебя умоляю, Николай. Ты купил скрижаль на «Амазоне».
— Но ведь она привела нас сюда…
— Нас привели сюда спутниковые снимки с Google Maps.
— Я думаю, мы рискуем, профессор. Не стоило приходить сюда вдвоём. Нужно было организовать официальную экспедицию. Многие именитые дома согласились бы на спонсорство…
— Николай, какой же ты наивный, — кривится профессор. — И кто бы выделил нам денег? Род Масков? Аравов? Или Покровских? Может, они оплатили бы нам все расходы, а? Мы для них никто. Бескровные неудачники. Чернь. Спустись на землю.
— Говори за себя, старик… — тихо бубнит Николай, но профессор его не слышит, откашливается. — Я не говорю о главенствующих родах, мы могли бы попросить помощи у ответвлений… Я слышал, что Распутины очень интересуются историей прошлого.
— Называй вещи своими именами, Николай. Распутины интересуются трупами. Древними трупами. Именно поэтому им здесь не место. А ещё… — профессор неожиданно мрачнеет, — все дома будто избегают раскопок в этом месте. Я думаю, мы правильно поступили, что не стали афишировать нашу экспедицию.
— Но что мы сможем в одиночку? А если здесь ловушки?..
— За тысячу лет от них ничего не осталось. Хватит ныть, Николай. Мы уже здесь. Точка.
— Но в фильме «Мумия»…
— Уволю. Отправишься обратно к своему отцу. — Профессор цокает языком. — Кстати, о нём. Ему бы я, может, и доверился. Он человек, как говорится, чести. Если бы ты попросил его помочь нам с деньгами…
— Нет, профессор. Мы уже это обсуждали. Кто угодно, но не он.
На самом деле Николаю тоже не нужны тут лишние… свидетели. Они бы только помешали тому, что он задумал. Николай ноет лишь потому, что очень любит ныть.
— Жаль. Ну что ж… Меньше рисков, что клановые чинуши присвоят наше открытие. На этот раз мы будем единственными авторами исторической статьи о… О! Получилось! Даже жаль… Думал будет сложнее с печатями. Говорил же, что это очередной богатенький гражданин.
Скрежет. Каменная плита отодвигается.
— Профессор…
Оба учёных выдыхают чуть ли не с экстазом.
— Ох-х… Этот сохранился очень хорошо… Удивительная мумификация. Посмотри на его половой орган.
— Большой…
— Господи, и это мой лучший практикант… Николай, при мумификации половые органы отсыхают в первую очередь, а тут он цел и… кхм… даже…
— Стоит!
Профессор вздыхает, перехватывает руку шаловливого практиканта.