— Ира? — голос сестры дрогнул. — Ира, ты меня слышишь?
Ирина рванулась к телефону, и Дмитрий позволил ей подойти только на расстояние вытянутой руки.
— Вика, — выдохнула она. — Ты как? Тебя не трогали?
— Нет. Я нормально. Здесь какие-то люди… Они сказали, ты знаешь. Ира, что происходит?
Ирина почувствовала, как внутри всё сжалось. Захотелось сказать правду. Всю. Что отец не защитник, а часть грязи. Что их фамилия больше не щит. Что теперь безопасность младшей сестры зависит от мужчин, чьи имена лучше было произносить шёпотом.
Но рядом стоял Дмитрий.
И по ту сторону экрана, несомненно, тоже кто-то стоял.
— Всё хорошо, — сказала Ирина, заставляя голос звучать ровно. — Ты должна слушать людей, которые рядом. Пока что так надо.
— Пока что? — Виктория всхлипнула. — Ира, где ты?
— Я рядом.
Дмитрий чуть повернул экран, чтобы камера не захватила его лицо.
Ирина поняла и стиснула зубы.
— Я рядом настолько, насколько могу, — добавила она. — Ты главное не спорь. Ешь. Спи. И не открывай никому, кроме тех, кого тебе назовут.
— Мне страшно.
Эти два слова ударили сильнее, чем все угрозы за последние дни.
Ирина закрыла глаза на миг.
— Я знаю, маленькая. Мне тоже. Но мы справимся. Слышишь? Мы справимся.
Виктория кивнула. Камера дрогнула, будто телефон перехватили.
— Достаточно, — сказал Дмитрий.
— Нет, подожди…
Связь оборвалась.
Экран потемнел.
Ирина медленно повернулась к нему.
— Ты обещал дать мне поговорить с ней.
— Я дал.
— Это было две минуты.
— И этого достаточно, чтобы убедиться: она жива и защищена.
— Под твоим контролем.
— Под моей защитой.
— Для тебя это одно и то же?
Дмитрий убрал телефон в карман.
— В большинстве случаев да.
Ирина рассмеялась коротко и зло.
— Ты болен.
— Возможно. Но твоя сестра спит сегодня не в подвале у людей, которых нанял твой отец.
Она замолчала.
Эта фраза попала точно туда, куда он целился. В самую середину страха. В тот момент, который Ирина пыталась не вспоминать: чужая машина у подъезда Виктории, мужчина в кепке, звонок отца, слишком спокойный голос: «Не лезь туда, где тебе не место».
Её отец.
Судья.
Человек, который в детстве учил её не врать.
Ирина опустила взгляд на мокрые ступени.
— Где моя комната? — спросила она.
Глава 8. Виктория
Телефон завибрировал, когда Ирина стояла у окна и смотрела на двор, в котором не происходило ничего.
Именно это и пугало.
Ни машин у подъезда, ни людей, которые могли бы выдать себя лишним движением, ни случайных прохожих, задержавших взгляд на ее окнах. Только мокрый асфальт, редкие фонари и черная пасть арки между домами. После всего, что случилось, тишина перестала казаться безопасной. Она стала похожа на паузу перед ударом.