— Все, что было на Играх, остается на Играх, — неуверенно возразил Свят. — Это же основное правило. Никаких обязательств после их окончания!
— Формально — да, — согласился я. — Но кто мешает подружиться с нужными людьми? Заключить личные, неформальные договоренности? Не клятвы на крови — просто дружеские обещания помочь друг другу в будущем?
— Это может сработать, — задумчиво произнес Ростовский, и я почувствовал через связь, как он принялся за расчеты. — Наследники Апостольных родов… У них будет реальная власть после Игр. Не сразу, и не у всех, но будет. И союзы, заключенные здесь могут помочь эту власть заполучить!
— Именно это я и предлагаю, — подтвердил я. — Забыть про войну всех против всех на втором этапе. Вместо этого — создать коалицию Крепостей на основе будущих политических союзов. Мы поможем друг другу выжить здесь, а потом поддержим в большой политике. И нас уже трое!
— Красиво звучит, — признал Свят. — Но как ты собираешься убедить гордых наследников отказаться от попыток захвата власти силой? Каждый из них с детства воспитан в убеждении, что он лучший, сильнейший, достойнейший.
— А в этом нам поможет Юрий, — я положил руку ему на плечо. — Ты знаешь о них намного больше, чем мы. Подумай, как нам заполучить каждого из них!
Мы замолчали, обдумывая сказанное. План был спорным, я прекрасно это осознавал. Но в нем была логика. Холодная, расчетливая логика, которая могла сработать.
— А что с Тварями? — внезапно спросил Свят. — Ты же сам сказал — они один из общих врагов. Но мы почти всех перебили на первом этапе. Откуда возьмутся новые?
— Думаю, организаторы что-нибудь придумают, — уклончиво ответил я. На самом деле у меня были определенные подозрения насчет Тварей, но озвучивать их пока не хотелось. — Может, пригонят. Или вызовут Прорывы…
— Прорывы? — переспросил Ростовский. — Ты думаешь, наставники способны на такое? Открыть настоящие Прорывы на территории Полигона?
— А почему нет? — я пожал плечами. — Максимальная приближенность к реальным условиям. Именно так нас и учат — сражаться с Тварями из Прорывов. Какой смысл в Играх, если мы не получим этот опыт?
— Это безумие, — покачал головой Свят. — Прорыв невозможно контролировать. Твари будут идти волнами, пока не закроется портал. Мы все погибнем.
— Или победим и получим бесценный опыт, — возразил я. — Нас осталось около трехсот человек на все двенадцать команд. После Отбора будет вдвое меньше. Сто пятьдесят молодых ариев, каждый с двумя рунами минимум, многие — с тремя-четырьмя и даже пятью. Это серьезная сила.