— Это ненадежная основа для долгосрочного союза, ты прав, — признал я, проигнорировав скептицизм Тверского. — Нужно что-то более прочное. Что-то, что свяжет людей не только на время Игр, но и после них. И тут я подхожу к главному вопросу…
Я сделал театральную паузу, наслаждаясь нетерпением в глазах друзей.
— В Играх участвуют наследники всех Апостольных родов, не так ли? — спросил я у Ростовского.
Юрий удивленно вскинул брови.
— Ну, о княжне Новгородской ты наверняка знаешь? — уточнил он.
— Никогда не интересовался политикой, — честно ответил я. — А отец не считал нужным посвящать меня в дворцовые интриги.
— Да при чем здесь политика! — внезапно заорал Свят, вскакивая на ноги. — У Веславы Новгородской третий размер груди и зеленые глазища в пол-лица! Она богиня, а не женщина! Я видел ее год назад на приеме в честь Дня Единения. Арии всех возрастов пускала слюни!
— Не отвлекайся на второстепенное, — сухо заметил Ростовский. — Да, Веслава здесь.
— Значит, Новгородская есть. Кто еще? — невозмутимо продолжил я.
— Тебе всех перечислить? — Ростовский иронично улыбнулся.
— Просвет меня, сивого! — с такой же иронией ответил я.
— Ладно, слушайте, — Юрий закатил глаза и начал перечислять, загибая пальцы. — Вацлав Галицкий, Горан Переяславский, Любим Суздальский, Стоян Рязанский, Забава Полоцкая, Любава Волынская, Ольга Смоленская, Млада Брянская, ну, и мы втроем…
— Хорошо, что Апостольных родов только двенадцать, — заметил я. — Мне и эти то сложно запомнить. Знаете кого-нибудь из них лично?
— Только Суздальского, Рязанского и Брянскую, — ответил Ростовский. — Встречались на официальных приемах. Такие же напыщенные засранцы, как и мы в начале Игр. Суздальский — тот вообще павлин. Красивый, признаю, но самовлюбленный до невозможности. Считает, что мир вращается вокруг его уда.
— Попрошу без обобщений! — Свят погрозил указательным пальцем. — Не все наследники — засранцы. Вот я, например… Хотя нет, я исключение — пятый в очереди наследования. И я не знаю никого из них — зачем им знакомиться с пятым наследником?
— Вернемся к теме, — сказал я. — Я почти уверен, что все перечисленные тобой парни и девчонки окажутся в разных объединенных командах и возглавят Крепости. Подумай — это же идеально! Двенадцать Крепостей, двенадцать наследников Апостольных родов. Совпадение? Не думаю!
— Мы втроем не должны были попасть в одну Крепость, — медленно произнес Юрий, кивнув. — Это либо ошибка, либо какой-то эксперимент организаторов. Наследники должны быть распределены равномерно!
— Именно! И знаешь, что это значит? — спросил я. — Договариваться о союзах нужно будет с ними. С наследниками. И платить не только поддержкой здесь, на Играх. Обещать нужно поддержку после — дома, в большой политике. Союзы княжеств, торговые договоры, военная помощь, династические браки…