— Вы француз?
— Да, — кивнул незнакомец. — Я представляю интересы графа Камиля д’Ивэн, деда вашей жены, Петуньи Эванс.
— Это неправда, — вмешалась подошедшая Петунья. — У меня не было знатных предков.
— Были, — вздохнул адвокат. — Ваш отец, Джейкоб Эванс, на самом деле звался Жакоб д’Ивэн, он был младшим сыном графа. Но в молодости… в молодости все совершают ошибки, месье Жакоб поссорился с отцом и порвал с семьёй, а затем перебрался в Англию, сменил имя и стал Джейкобом Эвансом. Видимо, его устраивала тихая семейная жизнь, он не делал попыток к примирению, но обстоятельства сложились так, что старший сын графа так и не женился, он был, как говорите вы, англичане, «убеждённый холостяк»… Средний сын, мсье Виктор, напротив, весьма любил женщин и женился рано, но, увы, плодом этого брака стал только один сын… Шарль д’Ивэн. Год назад ему должно было исполниться восемнадцать лет, но произошло непредвиденное несчастье. Личный самолёт, на котором летела семья мсье Виктора и невеста Шарля, Маринетт Гранж, разбился. Погибли все. Тогда граф вспомнил о младшем сыне и велел мне отыскать его потомков. Ими оказались Петунья и Лили Эванс, точнее Петунья Эванс, её сын, Дадли Дурсль, и сын погибшей Лили Эванс, Гарри Джеймс Поттер.
— И? — настороженно спросил Вернон.
— Граф Камиль д’Ивэн уполномочил меня сделать вам следующее предложение, мистер Дурсль. Ваша жена и сын получают по его распоряжению сумму, эквивалентную пятистам тысячам фунтов, а вы, в свою очередь, передаёте на законных основаниях опеку над несовершеннолетним Гарри Джеймсом Поттером графу Камилю д’Ивэн. После этого этот молодой человек отправится со мной во Францию, порвёт все связи с вашей семьёй и будет воспитан, как наследник графа Жером д’Ивэн. Более мы никогда вас не побеспокоим. Конечно, его кровь недостаточно благородна, но должное воспитание привьёт ему нужные манеры.
Я был ошеломлён. Какая Франция? Какой, б…ь, граф? Это что сломало канон до такой степени? И я что — вещь, чтобы так просто меня кому-то передать? Не хочу! Не вызывает у меня этот адвокат тёплых чувств, кажется в нём что-то непонятное… А вокруг меня и так слишком много непоняток.
«Между прочим, — мелькнула мысль, — это реальный способ ускользнуть от всех проблем — Дамблдора, Волдеморта и всех прочих здешних нехороших реалий. И буду я аристократом… Да, нет… Бред! Что-то это слишком смахивает на тот самый сыр в мышеловке…»
— А почему вам понадобился именно мой племянник? — настороженно спросила Петунья, и я с удивлением понял, что ей не нравится незнакомец. Он и мне не нравился. Слишком много обещано сладких плюшек… сироте. А ведь у меня нет другой родни, кроме Дурслей… ну, не считая той, что в магическом мире… но моя магическая родня сидит и не высовывается… Нет, я понимаю, что меня будут искать английские маги, когда мне исполнится одиннадцать и меня не будет в Хогвартсе… Но как бы слишком поздно не было…