— Возвращайся, — сказала она. — К нам обоим.
— Не переживай.
Я крепко поцеловал её. Развернулся и пошёл через проход мимо подросшей стены Мираны.
Живой сидел рядом с Ланой и смотрел мне вслед.
Лес сомкнулся за спиной.
Уважаемые читатели, теперь прода по графику: понедельник-среда-пятница. Это связано с моим графиком работы сразу на два цикла и достаточно серьёзной и непростой темой этого и следующего тома Егеря (финального).
До Драконьего Камня я добирался четыре дня, используя Лёгкий Шаг Актрисы. Перемещался по деревьям с огромной скоростью — тело практически не уставало. Я бежал по веткам и ловил себя на том, что давно уже бегу не к цели, а от чего-то.
От Ланы.
Я постоянно тратил усталость на мысли, которые не отпускали. А если ребёнок родится с дефектом? С хвостом? Оборотнем? Или с чем-то таким, чего, например, никогда не примет Ирма? Да, мнение людей не сыграет для меня роли, но всё же…
Я не знал, чем теперь являюсь. И не знал, что передам ребёнку.
А Спектр всё молчал… Серебряная стена в ядре стояла наглухо. Я много раз проваливался внутрь и пытался пробиться, но всё это было напрасно. Гад не собирался просыпаться.
Я уже привык носить это раздражение от потерянной системы, как болячку под рубахой. Ну есть и есть. Без неё я опять стал тем егерем, который просто ловил зверя. Однако отвыкать оказалось хуже, чем привыкать.
Первую ночь мы провели в овраге у ручья. Вода журчала по камням, костёр потрескивал. Твари зоны Максимальной Опасности чувствовали силу Зверолова — и не совались. Более того, они всё дальше уходили от ареала Древа Жизни.
Карц лежал рядом и грел нас — лис давно умел держать ровный жар.
Чёрт, и вправду холодает. Возможно, зима наступит гораздо раньше. Успею ли я вернуться до заморозков? Справится ли деревня? Но тут же успокоил себя — на данный момент все проблемы либо решены, либо в процессе решения. Команда справится.
Актриса устроилась на ветке над головой — она привычно дёргала ушами на каждый шорох, настоящий патрульный, который не подпустит врага и на двадцать метров. Красавчик сопел за пазухой и подрагивал лапками.
Я лежал и смотрел на угли.
Мысли сами собой возвращались к Лане и ребенку. Та ответственность, о которой я и не думал никогда, не испытывал! Она непривычным грузом легла на плечи. Теперь у меня было то, что нужно защищать не только здесь и сейчас. Мне нужно думать о будущем, и это меняло всё.
Я ушёл от своей беременной женщины, потому что в чужом городе кого-то жрут.
Жрут таких же, как Ирма или Ника. А если я не пойду — пойдёт ли кто-то другой? Нет, не пойдёт. Потому что все только-только узнают, что Сухие вообще есть.