Пауза:
— Так что это не предательство. Это инвестиция. В будущее, где моя дочь не умерла бы в пять лет. Где таких, как она, больше не будет.
Вейлан, молчавший всё это время, подошёл:
— Ты упомянул, что Император хочет кровь Веги для чего-то важного. Знаешь для чего?
Хаг покачал головой:
— Детали — тайна высшего уровня. Даже члены Совета не знают. Только слухи.
— Какие слухи?
Хаг помолчал, взгляд стал мрачнее:
— Что он хочет возродить род Вега. Под своим контролем.
Тишина обрушилась — плотная, звенящая.
Я замерла, не дыша.
— Что… что ты сказал? — голос вырвался хрипло.
Хаг повернулся ко мне:
— Очень давно. Несколько лет назад. Может, четыре, может пять. Просочилась информация в узких кругах Совета. Что у Императора в плену есть Вега. Женщина. Молодая. Сильная.
Он сделал паузу:
— И что он жаждет получить от неё дитя.
Слова ударили, как удар в грудь.
Воздух застрял в лёгких.
— Дитя… — прошептала я. — Он хочет… от Лианы…
Хаг кивнул медленно:
— Веги — последние носители древней крови. Той самой, что когда-то свергла богов. Той, что может противостоять божественной силе. Если Император получит потомка Веги, рождённого и воспитанного под его контролем…
Голос стал жёстче:
— Он сможет вырастить армию. Солдат с кровью Вега. Воинов, равных по силе древним богам. Непобедимых. Абсолютно преданных ему.
Орион зарычал — низко, первобытно:
— Он хочет создать оружие. Из детей.
— Не просто оружие, — Хаг покачал головой. — Он хочет новую расу. Контролируемую. Выращенную для войны. Для абсолютного доминирования.
Он посмотрел на меня:
— Если у твоей сестры уже есть дитя… или если Император всё ещё пытается получить его…
Не договорил.
Не нужно было.
Я всё поняла.
Холод пополз по позвоночнику.
Лиана.
Семь лет в плену.
Семь лет Император держит её.
Пытается… заставить…
Я почувствовала, как все вокруг напряглись.
Орион застыл — мышцы окаменели, челюсть сжалась так сильно, что желваки ходили ходуном. Руки сжались в кулаки.
Вейлан отвернулся — резко, как будто услышал что-то невыносимое. Серебряные глаза потемнели.
Даже Хаг замолчал — лицо стало мрачнее, взгляд тяжёлым.
Тишина была оглушающей.
Кайра первая её нарушила.
Прищурилась, оглядела всех троих — Ориона, Вейлана, Хага:
— Что… — голос был осторожным, настороженным, — что случилось? Почему вы все выглядите так, будто вам в задницу палку засунули?
Тишина продолжалась.
Орион не обернулся — стоял спиной, напряжённый, как натянутая струна.
Вейлан молчал — смотрел в пол, челюсть сжата.
Хаг медленно выдохнул.
Посмотрел на меня. На Кайру.
Голос был тихим, но жёстким:
— Это… это ещё не самое страшное.