Лиана.
Моя сестра.
Сильная. Гордая. Красивая.
Запертая в башне.
Один мужчина. Месяц за месяцем.
Кровь проверяет. Отвергает.
Императора приводит нового.
Всё начинается заново.
Снова. Снова. Снова.
Семь лет.
Без остановки.
Без передышки.
Без надежды.
— Я искала её, — голос вырвался сломанным, захлёбывающимся рыданием. — Семь лет искала. А она там… одна… проходила через весь этот ад…
Руки вцепились в рубашку Ориона — так сильно, что ткань затрещала:
— Сотни мужчин… тысячи раз… боги, что они с ней сделали…
Слёзы хлынули потоком — горячие, жгучие, не остановить.
— И я НЕ ЗНАЛА! — крик вырвался из груди, эхом прокатился по подвалу. — Я не знала, что ей так ужасно! Что она проходит через это каждый чёртов день!
Голос сорвался на всхлипы:
— Я должна была найти её раньше… должна была спасти…
Орион прижал меня крепче — почти болезненно крепко, как будто боялся, что я разлечусь на куски.
Голова опустилась — лицо зарылось в мои волосы.
— Не твоя вина, — голос был хриплым, яростным, дрожащим от едва сдерживаемой ярости. — Слышишь меня? НЕ ТВОЯ ВИНА.
— Но я…
— Тебе было одиннадцать, — перебил он жёстко. — Ты сама еле выжила. Ты сделала всё, что могла. ВСЁ.
Он отстранил меня чуть, взял за лицо обеими руками — заставил посмотреть в золотые глаза, что горели как пламя:
— А те ублюдки, что прикасались к ней… — голос стал ледяным, обещающим медленную смерть, — я найду каждого. Каждого чертового мерзавца, что был в той башне. Что посмел прикоснуться к твоей сестре.
Пауза. Ярость в глазах стала ещё сильнее:
— И я заставлю их молить о смерти так долго и так громко, что их крики будут слышны на другом конце галактики.
Вейлан подошёл, голос был мрачным, но твёрдым:
— Мы все найдём их. Каждого. И накажем. Обещаю.
Он положил руку на моё плечо:
— Но сначала мы вытащим Лиану оттуда. Живой. Целой. Свободной.
Я вытерла слёзы яростным движением — размазала по щекам, не заботясь.
Выпрямилась.
Дышала тяжело, прерывисто, но голос был твёрдым:
— Да. Завтра. На рассвете. Без промедления.
Руны под браслетами вспыхнули — золотой свет залил подвал ярким всплеском.
Магия хлынула по венам — горячая, яростная, требующая выхода.
— И если Император думает, что может использовать мою сестру так… — голос был холодным, смертельно спокойным, — что может ломать её семь лет, превращать в инструмент для своих планов…
Взгляд встретился с Орионом, затем с Вейланом:
— Он очень, ОЧЕНЬ сильно ошибается.
Хаг усмехнулся — мрачно, но с уважением и чем-то похожим на удовлетворение:
— Вот теперь я вижу Вегу. Настоящую.
Он выпрямился:
— Тогда готовьтесь к войне. Марта, веди их в безопасный дом. Пусть отдохнут. Я вернусь до рассвета. С картами дворца. Оружием. Планом проникновения.