Так я остаюсь одна-одинешенька в мрачном замке в свою первую брачную ночь. Если честно, мне страшно. Замок большой, а я маленькая. Еще и раздражающее платье. Как его снимать самой? Передвигаюсь, чувствуя себя чайником и чуть что наступаю на подол. Ничего, это лучше, чем с подругами-отшельницами. Я привыкну, я справлюсь. Подумаешь, одиночество? Да что может случиться? Кому я нужна? Только дохожу до лестницы, как за спиной раздается жутчайший грохот. О нет… Может, просто что-то упало и…
У входа стоит высокая фигура. Ветер развивает черный плащ. Сердце колотится. В голову закрадываются страшные мысли — новоиспеченный муж Георг решил избавиться от меня и подослал убийц. Может, у них какие-то страшные ритуалы или просто я уже выполнила свой долг и не нужна. Убить меня просто как раз этой ночью, пока замок пуст. Надо было хотя бы охранника затребовать. Рвано вдыхаю, и будто бы в подтверждение моих мрачных мыслей гремит гром и сверкаем молния, освещая вошедшего со спины. Длинные по-звериному лохматые волосы, сильные руки. Мне кажется, или у него клыки и красные глаза?
Кричу и пытаюсь бежать, но поскальзываюсь о подол и падаю, и ни куда-нибудь, а прямо в лапы убийце.
— Не трогай меня, нет! — брыкаюсь. — Нет! Я тебе не нужна!
— Эй-эй, — он нависает надо мной, смотрит в лицо. — Ты в порядке?
Капюшон спадает, открывая лицо. Вполне человеческое и довольно молодое. Никаких клыков и красных глаз. Пусть так, все равно он разбойник или вор-убийца. Лохматый и ужасно бородатый, рваный шрам пересекает левую бровь. Губы искривлены в насмешливой улыбочке, а в глазах играет огонь того, кто рассмеется смерти в лицо и, если придется, будет танцевать на собственной могиле.
— О, нет, скажи, что ты призрак, а не настоящая невеста, — его голос звучит хрипло, словно им давно не пользовались. — Я, знаешь ли, побаиваюсь невест.
Сказал и рассмеялся шутке. Смех тоже получается скрипучим. Из какого леса он выполз? Сглатываю, прикидывая, какие у меня шансы остаться в живых после этой встречи.
— Кто ты такой? — решаю потянуть время. — Что здесь делаешь?
— Я Георг Ловласс, хозяин этого замка, а вот ты кто?
Что-то много развелось Георгов Ловлассов. Либо все происходящее — дурной сон, либо у меня большие проблемы.
— Я знаю Георга, — говорю прямо. — И ты точно не он.
Незнакомец, назвавшийся именем моего мужа, с неожиданной легкостью и нежностью даже сажает меня на ступени. Отряхиваю платье и отодвигаюсь подальше. Откуда взялась нежность? Я бы не подумала, что в его руках может скрываться теплота. Рассматриваю его, силясь за бородой при тусклом свете нормально разглядеть лицо. Скоро прекращаю, думая, что ни к чему это все.