— Шумоизоляция?
— Минимальный уровень шума. Только мягкое гудение моторов, будто далёкий прибой.
Каждый ответ звучал точно и уверенно. В его речи чувствовалась не просто выучка — страсть к совершенству. В какой-то момент Сергей поймал себя на мысли, что хотел бы видеть этого человека в команде — кто ещё может так говорить о воздухе, ткани и звуке, как о живых существах?
— Всё можно изменить под заказ, — добавил Эндрю с искренним блеском в глазах. — Осталось только уточнить сроки поставки.
Воздух в салоне стоял тихо и вкусно — пах деревом, чистотой и будущими полётами. А за окном вечернее солнце медленно опускалось, заливая серебристый корпус самолёта жидким золотом.
— Из-за высокого спроса срок поставки сейчас около двенадцати месяцев, — сообщил Эндрю, слегка виновато улыбаясь.
Эта фраза повисла в воздухе, как гулкий удар по металлу. Улыбка, тёплая и лёгкая, медленно сползла с губ. Год ожидания. Даже если оформить заказ немедленно — самолёт прибудет только к следующей осени.
— Прошу прощения, — тихо добавил Эндрю, мельком взглянув на часы. — Похоже, пора к испытательному полёту. Когда прибудет ваша группа?
Смысл тестового полёта был очевиден — ни одна покупка, будь то машина или самолёт, не обходилась без проверки. Но проводить целый час в небе ради формальности казалось пустой тратой времени. Время — теперь вещь куда более дорогая, чем топливо.
Да и планы стояли плотной стеной: переговоры, звонки, отчёты. Но раз уж всё равно предстоял перелёт, можно совместить приятное с полезным — проверить и сам борт, и систему видеоконференций.
Механические стрелки на запястье показывали без пяти час.
— Прибудут через пять минут, — прозвучал сухой ответ.
Ровно через пять минут трап качнулся под шагами двух сотрудников.
Первым поднялся Гонсалес — улыбка наглая, как у кота, утащившего сливки.
«Вот уж кого не ждали», — скользнула мысль.
На этом месте должен был лететь Добби.
— У Лентона срочное дело, — произнёс Гонсалес тоном, в котором извинения не было ни на грамм.
Конечно, врёт. Опять подмазал кого-то, чтобы попасть туда, где пахнет властью и возможностями. Ну да ладно — от него требовалось лишь передать несколько аналитических материалов.
Рядом стояла женщина в строгом костюме, с собранными в пучок волосами. Это была Крейн, новый операционный директор фонда. Холодная, уверенная, с внимательным взглядом, словно оценивающим весь салон за секунду.
— Поговорим позже. Готовьтесь к взлёту, — коротко произнёс Сергей.
Шум моторов перешёл в низкое урчание. Самолёт мягко тронулся, словно крупная кошка, затаившая силу под шелковой шкурой. Никакого рывка, никакого давления в грудь — лишь едва ощутимое ускорение, будто кресло само подталкивает к небу.